Факир против мафии

С завтрашнего дня я сама ухожу в отпуск и еду в Отрадное. С тобой или без тебя. Ты можешь работать без отпусков и без выходных, но я не железная.

– Радость моя, поступай как хочешь. Я не буду тебя останавливать.

– Вот и хорошо, – едко ответила Ирина. – Только если я подыщу себе в доме отдыха достойного кавалера, в этом будешь виноват только ты. Запомни это, Турецкий. Намотай себе на корочку, чтобы потом не говорил, что я тебя не предупреждала. Чао!

Жена дала отбой. Турецкий некоторое время держал трубку в руке, словно не зная, что с ней делать, потом брякнул ее на рычаг и потянулся за сигаретами.

Настроение было окончательно испорчено.

3

Для начала Александр Борисович встретился со следователем Мосгорпрокуратуры, который вел это дело. Андрей Петрович Горшков был нерешителен и робок. Тот факт, что Генеральная прокуратура не одобрила его работу, Андрея Петровича изрядно напугал. Что и говорить, парень был неопытен и зелен. Турецкий попытался быть приветливым.

– Андрей Петрович, я пришел сюда не упрекать вас.

Работу свою вы сделали нормально. А на то, что следствие решено возобновить, есть свои причины. Нашелся свидетель, который утверждает, что видел возле подъезда, где жила Канунникова, подозрительных людей. Ну и еще пара-тройка незначительных на первый взгляд фактов. Так что давайте мы с вами выпьем по чашечке кофе и обо всем обстоятельно поговорим. Есть у вас тут кофе?

– Да! – энергично кивнул Горшков. – А как же!

Он сорвался с места и бросился к чайнику.

Вскоре кофе был готов.

Турецкий спокойно и неторопливо задавал Горшкову вопросы, попивая кофе и разглядывая лицо молодого следователя. Горшков отвечал на вопросы с энтузиазмом виноватого. Видно было, что он ужасно стыдится своего просчета.

– К сорока двум годам Елена Канунникова достигла вершины своей политической карьеры. Ее партия перешагнула пятипроцентный рубеж и вошла в Думу. Но четыре года спустя, как вы уже знаете, ей не удалось повторить эту победу.

Далее Горшков поведал Турецкому об объединении «Экологической партии России» и «Всероссийской славянской партии» в один блок. Затем нарисовал ему психологический портрет Дубинина – таким, естественно, каким он ему виделся. («Карьерист, однако моральные принципы имеются. Но не из-за внутренней душевной потребности, а, скорей всего, из-за трусости, из-за нежелания прослыть среди людей полной сволочью. Вряд ли он замешан в этом деле. Не тот тип».