Летающая академия. Часть 1

— Очи ведуньи — редкий и очень ценный дар, — пояснил он, не сильно вдаваясь в подробности.

— Что все это значит?

— Стоит вам взглянуть на кого-то заколдованного, как заклятие начинает таять, — пояснил маг.

Так вот почему мне встречались одни «некрасавцы»! Привыкнув к своим магическим иллюзиям, эти ленивцы напрочь переставали за собой следить? А Лысый маг, который, кстати, находился в моей комнате без разрешения, беззастенчиво продолжал:

— Энергию от разрушенного заклинания вы впитываете как губка. Выходит самый настоящий магический вампиризм.

— Слушайте, любезнейший, я молчу не потому, что соглашаюсь, а потому, что возмущена вашим смущающим появлением в моей спальне.

Он лишь усмехнулся и набрал воздуха в грудь, чтобы ответить. Однако я подняла руку в останавливающем жесте, продолжив тираду:

— Но не это злит меня больше всего, а тот факт, что, даже не представившись, вы начали строить какие-то грандиозные планы на мой счет, не особенно интересуясь моим мнением.

Сказала… как отрезала. Сама не ожидала от себя такой витиеватой формулировки. И еще бы добавила, только дайте повод. Ибо кончик языка жгло нещадно. Но вместо этого лишь вздохнула сокрушенно.

Боги, как же я хочу домой!

И, видимо, опомнившись, мой собеседник решил исправиться:

— Прошу прощения, леди, я проректор этой академии.

Про себя я его окрестила просто Иба. Чему и улыбнулась, разом растеряв весь свой воинственный запал.

— Не Иба! А Игебдил Асхаман! — обиделся тот.

Но на что? На мою мысль?!

— Я учитель телепатии, хотя и не имею права читать ваши мысли вне занятий. Однако у вас на лице все и так написано. К тому же вы не единственная из студиозов, кто рискнул так сократить мое имя. К слову. Многие из тех уже вылетели из академии.

— Вот чем-чем, а этим вы меня абсолютно не напугали.

— С этим, конечно, не поспоришь. Но боюсь, мне придется вас огорчить, — а, судя по ехидной гримасе, ничего он не боялся, а даже радовался: — У меня распоряжение о зачислении вас в нашу магическую академию.

В ответ я лишь удивленно открывала и закрывала рот, как рыбка, выброшенная на сушу. А проректор явно забавлялся моей реакцией, продолжая словесную перепалку:

— Итак.