Битва с рептилоидами

– сказал я, немного протрезвев, и представил, как я прыгаю с самолета.

Земля далеко-далеко. Деревья и люди такие маленькие-маленькие. Если с парашютом что-то пойдет не так, мокрого места не останется. Высоты я не любил и всегда побаивался ее.

Помню, от дикости этого предложения я начал хохотать так, что едва не сполз на пол. Смеялся до истерики, до слез. "С парашютом..."

А сейчас я сидел на спине лениво помахивающей крыльями трехголовой бестии, и летел не просто так, а бомбить гигантского костяного голема. Я ущипнул себя, но рептилия под моей пятой точкой не исчезла.

Ущипнул еще пару раз, но снова безо всякого эффекта. Нет, вру! Чертов змей, должно быть, почувствовал, что я щипаю себя с целью его исчезновения, и сделал в воздухе кульбит, о котором так много предупреждал рептилий конюх.

Наш прошлый генеральный директор очень любил психологические тренинги. Когда кто-то с них отлынивал, он очень расстраивался и лишал премии. Не понимаю, восклицал он, как можно не ходить на тренинги! Месяц походишь, и почувствуешь себя заново родившимся!

Если я когда-нибудь вернусь в свой мир, я предложу другой способ, а именно – полетать на спине змея-горыныча.

Ощущения те же, но не за месяц, а за несколько секунд, пока висишь вниз головой. Колоссальная экономия времени.

Тут князь повернулся ко мне и недовольно спросил:

– А ты точно любишь женщин?

– Точно, ваше высочество!

– Тогда перестань обнимать меня, как влюбленная невеста, когда Барсик переворачивается! На седле есть петли, держись за них!

А я, честно говоря, и не понял, что держусь за князя.

Во как сильно перепугался.

Отпустил, нащупал обещанные петли. Схватился за них. Понял, что за князя держаться удобнее, хотя есть риск столкнуться с определенным непониманием.

Барсик, трехголовая душа, летел быстро, и минут через пять на горизонте появился обещанный голем.

Это же надо было такое придумать.

Человеческий скелет высотой с двадцатиэтажный дом. Точнее, не совсем скелет, потому что кости кое-как соединены сухожилиями и остатками мяса.

А сами огромные кости сделаны из тысяч мелких, уже действительно человеческих костей. Голова огромная, из черепов, как из мозаики. Да, эта штука посильнее ктулху, которых я разогнал банным веником.

Барсик от такого сбавил прыть и недоуменно оглянулся двумя пьяными головами, как бы спрашивая – а нам сюда точно надо? А трезвая голова даже не повернулась, а заревела и начала мотаться из стороны в сторону. Но ее, как и говорил князь, никто не спрашивал.