Дорогие девушки

Я догадывался, что она не бедствует. У нее были дорогие вещи. И в ресторане, в который я ее привел, она смотрела на еду брезгливо, как дворянка на крестьянскую еду. Поначалу меня это даже встревожило. Но потом я понял, что с Мариной все в порядке. Даже если у нее есть деньги, они абсолютно ее не испортили.

– Она не говорила вам, оттуда родом?

Плотников покачал взлохмаченной головой:

– Нет.

– А о родственниках не рассказывала?

– Не рассказывала.

– О друзьях, знакомых?

– Я же вам говорю – нет.

– О чем же вы говорили? – слегка удивленно поинтересовался Турецкий.

– О всякой всячине. Думаете, кроме родственников, людям и поговорить не о чем.

– Но должна же она была хоть что-то о себе рассказать! – гнул свою линию Турецкий.

– Да ничего она не рассказывала! – снова вспылил Плотников. – Мы просто болтали. Шутили, смешили друг друга, гуляли. Я рассказывал ей про Москву. А она… – В кармане у Плотникова зазвонил телефон. – Извините…

Он достал трубку, клацнул по кнопке и приложил к уху.

– Алло… Да-да, заказывал… Да, рамы. Пришлите по тому же адресу, что и раньше… – Плотников покосился на Турецкого и сказал: – Ну, примерно через час… Хорошо. Спасибо!

Он отключил связь и убрал телефон в карман.

– Что, решили поменять рамы на окнах? – поинтересовался Александр Борисович.

– Да, пора бы уже, – неохотно ответил Плотников.

– Я бы мог посоветовать хорошую фирму, но вижу, вы уже обо всем договорились.

Плотников ничего на это не ответил.

– Вернемся к нашему разговору, – сказал Александр Борисович.

– Нет, не то. Насколько я понял, она передвигалась по Москве только в автомобиле, – объяснил Плотников. – А я научил ее ходить по городу пешком. Шляться по бульварам и площадям, глазеть на прохожих, есть мороженое в парках.

– И это все? – снова спросил Александр Борисович. – Это все, что вы делали?

– Почти.

– Но, кроме прогулок, у вас был еще и секс, – сказал Турецкий.

Плотников снова вскочил со скамейки.

– Знаете что… – глухо проговорил он. – Скажите спасибо, что вы сыщик, и что ищите Марину. Если бы я не думал, что вы можете принести ей пользу, я бы выбил вам мозги.

«Похоже, я его по-настоящему достал, – удовлетворенно подумал Турецкий. – Надавить бы на него еще посильнее, да видно уже не получится. А жаль – раскололся бы, как гнилой орешек».

– Спасибо, что были терпеливы, – сказал Турецкий, на этот раз без тени насмешки.