Руфус Кривозаветный и хобот кентавра

Казалось, что это был его любимый момент — когда можно было посмеяться над врагами, которые оказались достаточно глупыми, чтобы попасть в руки паладинов.

— Ну что ж, начнём, — произнесла леди Катарина с лёгкой улыбкой, скрещивая руки на груди. — Мой дорогой друг, давай начистоту. Если ты сразу расскажешь всё, что знаешь, я постараюсь убедить своих ребят оставить тебе хотя бы часть конечностей. Может быть, даже наиболее важные.

— А может, и нет, — вставил усатый, усмехаясь и поигрывая каким-то странным инструментом, который по форме напоминал свёрнутую трубу.

— Я ничего вам не скажу! — вскрикнул маг, с вызовом глядя на нас. — Вы можете пытать меня сколько угодно, я всё равно буду молчать как рыба!

— Рыба, говоришь? — кивнул я, подходя чуть ближе. — Я недавно узнал, что некоторые рыбы могут говорить. Но для этого нужно приложить немного магии. Не хочешь попробовать?

— Ты меня не напугаешь, паладин, — усмехнулся маг, хотя я заметил, как его пальцы слегка дрожат. — Я подготовлен к таким методам.

— Отлично, — сказал усатый, похлопывая трубой по ладони.

Маг прищурился и отвернулся, как будто хотел показать, что ему всё равно, что тут происходит. Леди Катарина, не теряя времени, обошла его с другой стороны и наклонилась ближе, её длинные светлые волосы едва не коснулись его лица.

— А ты уверен, что хочешь выбрать молчание? — её голос стал мягким, почти ласковым, как у учителя, который пытается успокоить упрямого ученика.

— А если нет, — добавил я, — тогда тебе придётся проводить оставшиеся дни в компании вот этой штуковины. — Я кивнул на тот самый инструмент в руках усатого паладина.

— Я уже говорил, я ничего не скажу! — вскрикнул маг, отодвигаясь от леди Кати. — Вы никогда не узнаете, что Орден готовит ритуал в горах!

Леди Катарина подняла бровь.

— А, значит, всё-таки ритуал? — она склонила голову набок, и её глаза загорелись интересом. — И что за ритуал?

Маг тут же прикусил язык и прижал губы, словно надеясь, что никто не заметил, как он только что выдал им важную информацию.

— Я... ничего не знаю! — проговорил он, но уже менее уверенно.

— О, пожалуйста, не играй со мной в эти игры, — вздохнула Катарина. — Ты же уже сказал, что это ритуал. Расскажи лучше, зачем вы его готовите.