Владыка бури

Ну ладно, я погорячилась – ваша планка на уровне коленок. Хотя...

- Эмммм. Мы жертвуем своей человеческой природой. Думаешь, мы не пожертвуем кучкой незнакомых людей? – ответил Слизверт, борясь со своими ногами и проигрывая.

- Я ничего не думаю, мог бы уже понять. Я вас всех использую для личной мести, так что, наверное, не вправе осуждать, - легко сказала девушка, но внутри потяжелела. Мог бы не прямо сказать, что им плевать на людей в каменной коробке. “Мы не знали, мы думали, работорговцы вас тут балуют ягодными пирогами и целуют в лобик на ночь”.

Слизверт проковылял мимо ответвления, ведущего в бывшую пещеру отдыха надзирателей. Он остановился (скорее чтобы отдохнуть, чем обозначить серьёзность слов), направив голову на Бойрианн:

- Если тебе станет легче, то я был против Человеколюбцев. Эммммм. Мы могли бы своими силами прокопать туннель, но только здесь поле порядка не даёт использовать наши силы. Но мы могли бы сделать это вручную.

- Как удобно иметь того, на кого всегда можно свалить ответственность, – заметила девушка и заговорила грубыми голосами, изображая разных персонажей: - “Кто натёр мне лицо грязью, пока я спал?” – “Это не я, это всё приказ прелата”, “Кто закопал его ноги в землю, натёр колени мясом и призвал хищных альм?” – “Прелат, кто же ещё?”, “А кто замучил и убил сотни невинных?”...

Слизверт внимательно слушал, а потом развернулся и продолжил путь. Казалось, когда Бойрианн начинает говорить, он думает, что её наборы звуков имеют смысл.

- Кто это вообще такой? Хотелось бы получить подробное описание, чтобы я могла передать людям точный образ того, кого именно следует винить за все грехи мира, — сказала девушка, продолжая следовать за Слизвертом.

- Никто его не видел. Он передаёт приказы через своих людей, - бросил через плечо Слизверт.

- Ну ты что, обиделся, Слизни-Вирзни? За то, что я намекнула, что вы все злодеи? Прости, я думала, что ты знаешь.

Девушка не узнала, в курсе он или нет, потому что они подошли к выходу. Здесь были самые тёмные полы, что неудивительно: именно здесь истекла кровью огромная орчиха. В проёме виднелись узкая горная тропа и ночное небо со звёздами и белым звездоворотом. Стол Асторо всё ещё стоял, но все бумаги были сдуты.