Риан O`Ши и генерал терракотовой армии

И на допросе у начальника, который без кофе звереет, он бы сам умолял утопить его в глине.

Непонятный сяошу оказался сезоном малой жары, и это как раз сейчас. Про мир духов, близкий к миру людей, тоже все было ясно — в Альбе есть целое одно кладбище. Конечно, глиняными руками не сыграешь на флейте, особенно одной рукой.

И опять Ди не дала нормально додумать. Она хмуро пнула придорожный камень и заявила:

— Ночью на кладбище попасть не проблема, там дыра в ограде, помните, я лазила? Полнолуние вроде завтра. Но у нас нет флейты и свитка, сейчас погуглю.

— У меня свисток есть, мне его на соревнованиях по бегу в мешках подарили, — успокоил я, пока Ди лезла в в телефон. — Надо успеть склеить руку и найти девушку. Бывало и сложнее.

— Успею, — Флай держал глиняную конечность так, будто это был щенок, осторожно и с блаженным лицом. Он любит сложные задачи так же страстно, как я не люблю париться. — Но вам, господин Ван Байши, придется провести день в сарае.

Генерал хрипло рассмеялся, так что у меня мороз прошел по коже.

— Я провел две тысячи лет под землей, думаешь, меня напугает твой хлам?

— Не хлам, — обиделся Флай, — а запчасти и инструменты. Вы сможете идти сами?

Вместо ответа наш глиняный приятель (интересно, за такое обращение в древней Мин казнили сразу или сначала пытали?) медленно поднялся. Он оказался выше меня на голову. Спрятать его в темноте в сарай Флаэрти будет явно нелегко, подумал я, но отступать было некуда. Нельзя оставлять гостя на дороге без руки, флейты, девушки и надежды на светлое будущее.

Когда мы закончили маскировать сидящего в зимних санях генерала рыбачьими сетями, скатертью в горошек и брезентом от прицепа к мотороллеру, как раз рассвело, и сонный Бобби пришел нам помочь, подсовывая нос под руку всем по очереди, включая генерала. Флай зарылся в отцовских запасах клея на все случаи жизни и вспоминал, что намешал в состав, когда приделывал голову гному. От этой алхимии я предпочел убраться подальше — мало того, что пахнет, еще и потом приклеиваешься ко всему.

Ну … оставалась ерунда. Забрать ее оттуда.

Перед уходом мы с Ди заглянули под маскировку. Синий огонек потух, и в санях лежала покалеченная глиняная статуя, которая, если что, не станет свидетелем, что мы ее не украли. Генерал оживал ночью. И превращался в статую с рассветом. Ну хоть не в тыкву … хотя тыкву прятать легче.