Черный амулет

Хотя, с другой стороны, какие могут быть более важные дела у женщины, чей муж только-только выбрался из комы? Кто их знает?… Но когда она появилась в раздевалке и отдала халат гардеробщице, Щербак подошел к ней и приветливо кивнул:

– Здравствуйте, Ирина Генриховна, вы меня не помните? Я – Щербак, из «Глории».

– Ах, Николай? – сразу узнала она. – Рада вас видеть. Вы к мужу?

– Нет, – улыбнулся он, – к вам. Давайте отойдем в сторонку. – И когда они отошли к окну, он спросил: – Вы, пока ехали от прокуратуры, никого за собой не заметили?

– Ах, вон вы о чем! – Ирина недовольно поморщилась.

– Ни то и ни другое, – возразил Щербак. – Чувствовать себя в относительной безопасности вы будете в том случае, если станете безвылазно сидеть у себя дома, а рядом с вами будет находиться, скажем, Сева Голованов с пистолетом в руке, снаружи, у входной двери – я, тоже с пистолетом, а внизу, у подъезда, к примеру, Филя Агеев с большой базукой.

Он смотрел серьезно, а Ирина удивленно хмыкнула:

– Ничего себе! Признание! И как же быть?

– Ну, поскольку таких шикарных условий в данный момент мы вам обеспечить не можем, по ряду не зависящих от нас причин, то нам с вами придется обойтись тем, что вы не станете мне мешать отслеживать тех, кто, в свою очередь, попытается пристроиться возле вас.

– Интересно, и с какой целью?

Нет, она не понимала даже азов оперативной работы, хотя, как говорил Денис, специально закончила какие-то важные курсы по этой части, и тот же Денис собирался даже взять ее в «Глорию». Ну, теперь уже пути неисповедимы, а вот взаимопонимание надо установить обязательно. И Щербак глубоко вздохнул, в очередной раз приказывая себе быть холодным и рассудительным.

– Цель, Ирина Генриховна, может быть только одна, а вот пути ее достижения – самыми неожиданными. Итак, начнем с цели. Вам уже угрожали. Чем, позвольте узнать?

– Я говорила Константину Дмитриевичу… Но, может быть, это не является темой для разговоров?

– Является. Я постараюсь сделать правильный вывод.

– Ну… Александр Борисович должен прекратить свое расследование…

– Так, прекрасно.