Договор с дьяволом

Может, он глаз на нее положил, а тут такая ситуация? Да черт их всех знает! Уже и сам почти разозлился Козлов.

— Между прочим, — сухо сказал он Мамедову, — это было твое предложение. Передумал — твои дела, я не настаиваю. Ладно, я пошел.

И он повернулся, чтобы идти к своей машине, но его остановило прямо-таки отчаянное восклицание Ангелины:

— Ну, ребята! Ну что вы в конце концов?! Иван Григорьевич! Махмуд! Мальчики, кончайте дурака валять! Ну давайте посидим часок, а там и разбежимся! Ну хорошо, Махмуд, давай я с тобой поеду.

— Да мы и не ссорились… — пробурчал Козлов, направляясь к своей машине и уже сердясь по-настоящему по поводу навязанного ему его же гостеприимства.

Иван ехал впереди, чтобы потом показать дорогу, и наблюдал за машиной Мамедова в обзорное зеркальце. Там, похоже, шел бурный разговор или что-то похожее на горячее объяснение. Во всяком случае, Махмуд ожесточенно размахивал руками, жестикулировал, бросая при этом руль, и машина рыскала.

И когда выходили из очередного магазина, куда непременно хотела заглянуть Ангелина, чтобы купить очередную мудреную закусь, Иван сказал:

— А вы бы все-таки как-нибудь поосторожнее. Движение плотное, зачем неприятности?

Махмуд лишь молча кивнул, соглашаясь, а Ангелина, улучив момент, когда Мамедова рядом не оказалось, шепнула словно другу-заговорщику:

— Совсем дурак ненормальный, ревнивый как черт!

— Значит, есть причины?

— Потом расскажу, — небрежно отмахнулась она.

Опять это «потом». Не много ли для первого знакомства? К Козлову было готово закрасться подозрение, что тут не все так элементарно, как представлялось поначалу. Неужели и он кому-то понадобился? Осторожно, Ваня, сказал он сам себе. Красивые бабы просто так в гости не напрашиваются…

Нехорошие клиенты достались сыщикам, много хлопот доставляли. И ко всему прочему они еще ухитрялись размножаться — не в прямом, разумеется, а в переносном смысле.

Ну то, что Мамедов залез в сферу интересов сыщиков «Глории», поскольку явился контактером мадам, подозреваемой в совращении академика, так это он сам и виноват: меньше болтать следовало и разыгрывать из себя ревнивого любовника.

Ну ладно, в общем, портрет Мамедова был примерно ясен. Но теперь появился новый фигурант.