Договор с дьяволом

Вот билеты отдадим и — ага?

Очень мило и непосредственно у нее это получилось, как же было немедленно не согласиться?

И уже через минуту между ними завязался непринужденный дорожный разговор, абсолютно ни к чему не обязывающий: о погоде, которая вдруг взяла и испортилась, о том, что в Минеральных Водах, куда Лина держит путь, вероятно, всегда солнечно, что поезд этот в принципе ничего, но уж больно рано приходит, и о прочем, о чем говорят, когда говорить еще пока, в сущности, нечего, более тесный контакт не состоялся.

Наконец закончились и вагонные формальности. Удалилась почему-то подозрительно поглядевшая на них пожилая проводница. Лина спросила, не желает ли он переодеться, как это обычно делают в дороге. Грязнов кивнул и полез в сумку за спортивным костюмом. Лина вежливо вышла из купе, прикрыв за собой дверь. Через минуту он предложил ей сделать то же самое. А когда женщина открыла дверь, приглашая войти, Вячеслав был даже слегка ошарашен. Ее спортивная одежда была явно предназначена для того, чтобы пленять и смущать мужчин, подчеркивая несомненные достоинства ухоженного тела.

Проследив за его взглядом, Лина заметила с иронической улыбкой:

— Ей-богу, не стоит прикидывать. У меня нет комплексов, и я совсем не возражаю против некоторых дорожных приключений, но терпеть не могу навязчивости, понимаете, Слава?

— Очень понимаю, — чувствуя неловкость от столь откровенных признаний, согласился он.

— Ну и прекрасно, — кивнула она, — всему свое время.

— Мы?! — сделал большие глаза Грязнов.

— Ну не надо, я же видела, как вы глазели! Или это по поводу моего спутника?

— Симпатичный мужик, — пожал плечами Грязнов. — Но вы, Лина, выглядели настоящей царицей! Как же не обратить внимания? Вот Саня и сказал: не теряйся, будешь большой дурак, если не познакомишься. Дама точь-в-точь в твоем вкусе! Но я, честно, даже и в мыслях не имел…

— Да-а? — удивленно протянула она.

Понятное дело: она привыкла всегда себя видеть в центре всеобщего внимания и какие-то сомнения на свой счет считала просто оскорбительными. Чрезвычайно любопытная женщина…

Так продолжали они мило болтать, ловко скользя, как говорится, по самому краешку, но не переходя грани пристойного. И Грязнов узнал, что Лина, оказывается, совсем не то, что имели они с Турецким в виду, обсуждая сущность этой блондинки, а вовсе наоборот.