Лётчик

Русоволосую девицу в ночнушке это ничуть не смутило.

— Я не воин, девушка. Я — лётчик-космонавт. Что это за место?

— Фолькванг.

— Это медицинское учреждение? Ведомственный санаторий?

Девушка промолчала. Она положила стопку одежды на кровать и покинула спальню через неприметную дверь. Мужчина оделся в старомодный костюм.

Гагарин походил по спальне. Попробовал незнакомые фрукты. Наконец, открыл дверь и вышёл в коридор. Там его ждали две рослые девицы в алых плащах, латах, крылатых шлемах и при холодном оружии.

По широкому коридору с мозаичным полом и барельефами битв на стенах лётчика провели в громадный зал. Всё вокруг было чрезвычайно величественно. Статуи древних воинов вдоль стен, зелёный огонь в лампадах, разноцветный витраж вместо потолка. На троне в центре зала сидела златокудрая женщина лет тридцати. Рядом с троном на толстых цепях сидели две огромные рыси. «Кажется, анестезиолог перестарался»,— подумал Гагарин и ущипнул себя за локоть.

Блондинка сказала вооружённым девицам, чтобы те ушли. Затем встала с трона и сошла по ступеням. На ней было изящное голубое платье с перьями и массивное золотое ожерелье. Она приблизилась к лётчику и протянула к нему руки. У мужчины захватило дыхание. Он ощутил чарующий аромат весенних трав. Так пахли майские луга в Долгопрудном. Тут Гагарин вспомнил жену Валентину и сделал над собой волевое усилие.

— Вы кто, гражданка? — спросил он.

— Юрий, меня зовут Фрейя. Это я послала за тобой валькирий, чтобы доставить в Асгард, — ответила она.

— Какой смерти?

— От падения на землю, Юрий. Твоя стальная птица упала на землю и разбилась.

— Я катапультировался?

— Нет. Ты не успел. Твой напарник погиб.

— У меня, кажется, начался бред. Сестра Фрейя, я в хирургии? В клинике Бурденко? Мне нужно позвонить в Москву.

— Ты говоришь непонятными словами, герой. Очнись! Ты в обители богов.

— Где?

— В моём дворце.

— Не верю!

— Я вынуждена отправить тебя в Вальхаллу, Юра.

—Подождите, мне нужно вернуться в Щёлково!

— Волчица, ко мне! Отведи Юрия в чертог Одина. До встречи, милый.

Суровая валькирия провела лётчика в соседний дворец. Происходящее смущало Гагарина всё больше. Действительность играла всеми красками реальности. По пути он уколол пятку о камень. На реанимацию это было совсем не похоже.

Валькирия ударила в дверь. Железные врата тут же открылись.