Ни пера в наследство

Подсобка, конечно, осталась тайной, хотя Лайелл что-то там попытался выяснить, в машине были свидетели — мафиозо и попугай. Я не знала, что хуже.

 — Птица, та, которая в клетке за нами, не начнет повторять что-нибудь? — сочла необходимым прояснить я. — Если дед одного попугая обучил, где гарантия, что и этот не запомнит что-нибудь ему совершенно ненужное?

— Это не одного дня дело, доктор Крэсвелл. Вон там нужный нам магазин.

Пока я выбиралась из машины, засекла и мальчишку. Кажется, он был весьма озадачен, зачем мы вообще сюда приехали, а я оглянулась и — о, какая идея!

— Сейчас мы от него отвяжемся.

— Куда? — спросил Делано и полез за попугаем.

— Да оставьте вы его! — вполголоса затараторила я, хватая Делано за рукав. — Видите, там… не крутите башкой! Мы остановились как раз у какой-то гостиницы. Зайдем туда, сделаем вид, что… ну, не маленький, сами все понимаете, только делать мы ничего не будем, просто прикинемся, а сами выйдем через другой выход и отправимся по своим делам.

— А как же машина?

— Арендуем другую.

— Вы меня удивляете, — пробормотал Делано, но от идеи потащить с собой в гостиницу попугая не отказался. — Во-первых, нам нужна клетка. Во-вторых, он здесь сжарится. Деньги ваши, доктор Крэсвелл.

— Дэй, — сдалась я. — Но учтите, это лишь для того, чтобы вы не вздрагивали каждый раз, думая, что вызываете духа. 

Хихикать я перестала, как только мы зашли в этот отель. Ну, это была гостиница, но уже в холле мне сделалось дурно.

— Сколько? — спросил администратор, не открывая глаз.

— Два часа, — не моргнув глазом, соврал Делано и обернулся ко мне: — Давайте деньги.

Меня подмывало съязвить по поводу скорострельности, но я полезла в карман, молясь, чтобы денег хватило. Наличку я с огромным удивлением сняла в аэропорту, потому что еще в самолете успела наслушаться разговоров о постоянной необходимости чаевых, но налички было не так уж и много…

— Все, что у меня есть, — сказала я, вываливая на стойку помятые купюры и монеты.

К моему удивлению, администратор, пересчитав деньги, часть сгреб под стойку, остатки подвинул ко мне. Честность меня поразила до глубины души, я разве что не прослезилась. Делано стоял рядом и рассматривал трещины в потолке.