Песня для Зимы

Девушки обязаны дарить парням уютные и страшные мелочи! Отличная проверка чувств. И для зятя тоже подходит… но тебе об этом пока рано думать. Сколько дней до получения свидетельства осталось? Наверное, уже часы считаешь, когда увидишь своего Назара?

— Ба! Не преувеличивай! — я плюхнулась в кресло, прикрыла юбкой и пакетами карман, образовавшийся после запихивания шарфа и перчаток. — Мы Назаром друзья. Конечно, я хочу его видеть…

Незаметно покосилась на сундук.

— … Но считать часы? Это уже слишком.

— Именно поэтому, ты готова заморозить любого, кто возьмет в руки кружку, которую он подарил? — хмыкнула бабуля, покосилась на часы, удивленно нахмурилась.

Быстро поднялась, сняла с каминной полки банку с куколкой и… зеленую чашку, подаренную Назаром. За все беготней я так ее не спрятала. С прищуром посмотрев на меня, ба вернула кружку на место. И уставилась на бело-зеленый стручок на нитке.

— Ничего не хочешь рассказать?

— Хочу…

Придется сказать часть правды, потому что в противном случае бабуля легко может отменить поездку к подруге и застрять тут бессрочно, до выяснения обстоятельств.

Я потерла пальцами висок, провела по косе.

— В общем, бука попросил достать ему конфетти. И сюда случайно попала вот эта куколка. И я ее решила вырастить.

— Занятно… — бабуля поставила банку на каминную полку, уселась на диван, — ты точно ничего не напутала с окном?

Отрицательно покачав головой, я неохотно призналась:

— Все по правилам… правда, в конце оно слегка взбесилось… но я закрыла его! Размер был точно таким, как разрешено.

Белые брови бабули озадаченно дрогнули, карие глаза задумчиво блеснули, кажется, она что-то хотела спросить, но от допроса меня избавил радостный вопль буки:

— Чай!

Из кухни выплыл наш магический помощник, виляя хвостом, заставил подкатиться к дивану столик, на него тут же прилетели чайник и чашки, вазочки со сладостями.

Бука спас меня от лишних расспросов и испортил отличную возможность увести бабулю из гостиной.

— Ты же мой пушарик! — бабуля почесала лохматую голову буки, он счастливо распушился, закружился над столиком, наливая чай.