Констебль Шепард

— Мы каждый год его заключаем.

— На то, сделает ли капитан Моркоу предложение капитану Ангве, — сказал капрал Сварли Свирс, лепрекон шести дюймов ростом и с кипучей агрессивностью высотой в милю. Видя, что Шепард, по причине своей «молодости» в рядах Стражи, не очень понимает сути происходящего, он пояснил. — Они встречаются уже много лет, о чем знает почти весь Анк-Морпорк, за это время наш командор жениться успел и даже герцогом стал, у него уже сын подрос, а эта парочка все еще не поженилась. Вот мы и начали делать ставки на то, что у Моркоу наконец-то в башке что-нибудь щелкнет и он сделает предложение своей волчице! Или у нее самой терпение закончится, и она схватит капитана за шиворот и потащит его к алтарю!

— Пока еще ни один из них не сделал первого шага, — с усмешкой пропела Салация фон Хампединг, первый и единственный (и скорее всего, последний) вампир в Городской Стражей.

— Больше половины парней ставит на тоже самое, — признался Башмак, — а потому выигрыш, как правило, небольшой, но это лучше, чем вообще все проиграть. К слову, если что, ты о ставках ничего не знаешь. Капитану Моркоу, скорее всего, будет попросту все равно, если он обо всем узнает, но вот как отреагирует капитан Ангва… В общем, я бы не рисковал.

— Понимаю, — кивнул Шепард. — Сколько народу поставили на свадьбу?

— Не так уж, чтобы много, на самом деле, — с недовольной гримасой признался капрал Свирс, — человек пять-шесть, надо списки посмотреть, да и вообще количество участников с каждым годом становится все меньше.

— Хорошо, я в деле, — кивнул констебль, — ставлю десять долларов на то, что капитан сделает предложение.

Кто-то с удивлением присвистнул.

— Десять?! — сдавленно прохрипел Башмак, Свирс аж слюной поперхнулся и теперь пытался откашляться, а у Салации натурально отвисла челюсть.

— Знаю, — усмехнулся Шепард, раздумывая над тем, как бы получше подступиться к капитану Моркоу. Терять довольно серьезные деньги он отнюдь не собирался. Он залез в карман и вытащил из него несколько помятых банкнот, на которых красовались портрет патриция и отпечаток собачьей лапы в качестве гербовой печати. У кого-то на Монетном Дворе было весьма оригинальное чувство юмора. — Держите.