Черные банкиры

В квартире погибшего следователя Геннадия Арбузова было многолюдно. Но разговаривали тихо. Изредка всхлипывала жена убитого, ее горе вырывалось наружу рыданиями еще и потому, что рядом были сотрудники мужа во главе со следователем Московской городской прокуратуры Олегом Величко, живые и здоровые, с сочувствием посматривавшие на согнутую бедой женщину. Старший следователь по особо важным делам при Генеральном прокуроре Российской Федерации Турецкий обменялся рукопожатием с начальником МУРа Грязновым, с Олегом, спросил:

— Что-нибудь накопали?

— Все обставлено как самоубийство.

— А что говорят близкие и сотрудники?

— Вон, Олег и его парни утверждают, что Арбузов был весьма уравновешенным и жизнерадостным человеком. И, несмотря на относительную молодость, следователем уже достаточно опытным и въедливым.

— В какой морг его увезли?

— На Большую Пироговскую, к Градусу.

— Что жена говорит?

— Сам расспроси, мне трудно разговаривать с ней, — отмахнулся Грязнов.

Турецкий подошел к жене Арбузова, посмотрел в ее заплаканное лицо, почему-то вспомнил свою Ирину и тихо спросил:

— Скажите, пожалуйста, как вел ваш муж себя сегодня?

— Как всегда. Он никогда не говорил со мной о работе. Все шутил…

— Вы не знаете, ему никто не угрожал?

— Генка никогда и ни на что не жаловался. Все его устраивало. Уходит на работу — шутит, возвращается домой — улыбается. Не могу представить, что его уже нет, — женщина зарыдала, закрыв лицо руками.

— Вы его первой обнаружили? — выждав момент, спросил Турецкий.

В ответ она согласно кивнула.

— Ничего необычного не заметили? Как это было?

— После работы забрала из садика сына, вошла в квартиру и увидела… Сын не понял, бросился к нему… Генка сидел в кресле с пистолетом в руке. Я вызвала милицию и «скорую помощь»… Но он был уже мертв…

— Спасибо, простите, что вынужден задавать вопросы. Мы постараемся найти убийц, — сказал Турецкий, прошел на кухню, увидел мальчика лет четырех, сидевшего на табурете и с испугом и удивлением смотревшего на окружающих.

Грязнов поджидал Турецкого в прихожей, лицо у него было кислое.

— Соседи ничего не заметили? — спросил Турецкий.

— Нет.

— Ни выстрела, ни шума?

— Представь себе — никто и ничего.

— Меркулов говорит, что он вел дело о банке «Ресурс». Теперь, похоже, его взвалят на меня.

— Этот заколдованный банк тянет за собой жертву за жертвой.