Черные банкиры

— Гражданка Суркова, успокойтесь.

Саватеев быстро пошел к двери, она вцепилась в его руку, пытаясь удержать.

Когда на пороге возникли трое в белых халатах, а вслед за ними вошел Грязнов, Марина Демьяновна захлопала в ладоши, захохотала, приглашая в дом:

— Ангелы белые! Господи! Сколько мужчин! У меня никогда столько не было! Ангелы белые.

Санитары без лишних слов надели на пациентку смирительную рубашку, а врач записал данные больной, и все четверо покинули квартиру.

Глядя на растерянного Саватеева, Грязнов засмеялся:

— Попал в переплет?

— Как кур в ощип!

— Что узнал?

— У Бережковой был любовник, некто Вовочка Козлов.

— Интересное сообщение, передашь Турецкому.

Грязнов закрыл окно, проверил, выключен ли на кухне газ. Саватеев бегло осмотрел квартиру, возле постели нашел завернутую в бумажку щепотку белого порошка.

— Смотрите, Вячеслав Иванович, уж не это ли вещество употребляла Суркова?

— Не исключено.

Они вышли из квартиры, щелкнув автоматическим замком.

11

Грязнов и Саватеев заехали во двор Петровки, 38, но тут им навстречу выбежала дежурная следственно-оперативная бригада во главе со следователем Мосгорпрокуратуры Олегом Величко.

— Ты куда, Олежка?

— Что-то случилось на Красной площади. Голые бабы! Спешим.

— Все бабы в Москве сегодня посходили с ума? — недоуменно спросил Грязнов.

Оперативный микроавтобус помчался в сторону Кремля.

На Красной площади было многолюдно, толпа полукольцом обступила двух обнаженных девиц с распущенными длинными волосами и горящими глазами.

— Одержимые бесом! — крестилась набожная старушка и крестила несчастных срамниц.

Олег Величко выскочил из автобуса, стянул с себя плащ, набросил на первую попавшуюся девушку, повел к автобусу, а она и не сопротивлялась, обнимала оперативника, ласкалась к нему.

Девицы оказались совершенно невменяемыми, ничего не помнили, несли какую-то чушь и требовали немедленной любви.

«Похоже, они употребляют тот же наркотик, что и Суркова», — подумал Николай.

— В клинику! — приказал Величко шоферу.