Черные банкиры

Это мужские дела, они меня не касаются.

— А как прошел вчерашний день? — спросил Турецкий.

— Обыкновенно. Собрались к вечеру в кабинете директора, шумели, потом уехали проводить Долгалева в Петербург, — сказала секретарша, допивая свой кофе.

— А каким транспортом ваш шеф намеревался уехать?

— Не знаю.

— Спасибо, Светлана, кофе был замечательный, — поблагодарил Турецкий. — Мы зайдем еще к вашим менеджерам, пообщаемся.

— Да. Пожалуйста, они в соседней комнате.

Трое парней сидели у компьютеров, чрезвычайно занятые.

— Здравствуйте, молодые люди, мы из Генпрокуратуры к вам с визитом, — представился Турецкий.

Парни настороженно переглянулись.

— Скажите, пожалуйста, чем вы занимались вчера вечером?

Плотный коренастый парень спокойно ответил:

— Проводили Долгалева и разъехались по домам.

— Расскажите поподробнее, как ехали, куда? На чем уехал Долгалев?

— По Ленинградскому шоссе проводили за Химки, потом вернулись. Долгалев дальше поехал с водителем на «мерседесе».

— А почему вы за всех отвечаете? Остальные отчего молчат?

— Подтверждаем. Да, так и было, — вразнобой ответили двое.

— На Волоколамское шоссе не сворачивали? — уточнил Грязнов.

— Нет, — ответил плотный. — Зачем, это же не по пути?

— А Крохин тоже был с вами? — спросил Турецкий.

— Нет, он уехал домой. У него голова болела. — Плотный ухмыльнулся. — Он у нас такой хлипкий был…

— Как он себя вел? О чем вы совещались вчера перед отъездом?

— Производственные дела. Обычные темы… И Крохин вел себя, как обычно.

— Хорошо, значит, ничего вы нам рассказать не можете? — задумчиво произнес Турецкий. — Надеюсь, вы осведомлены, что за дачу ложных показаний следует серьезное наказание? А теперь, пожалуйста, назовите себя полностью, я запишу. На днях я вызову всех вас на допрос.

Записав фамилии и адреса менеджеров, Турецкий прошелся по кабинету, посмотрел из угла на присутствующих.

— Проводите нас в кабинет Крохина.

Плотный парень поднялся, сказал:

— Пойдемте.

Они вошли в кабинет, на двери которого была надпись: «Главный бухгалтер». В небольшой комнате тесно ютилось несколько столов. На одном из них возвышался компьютер. На полках стеллажа было пусто, словно отсюда заблаговременно вынесли все бумаги.

— Не вижу документации, — удивился Турецкий.

— А какая здесь может быть документация, все заложено в память компьютера, — сказал сопровождающий.