Цена любви

Лечение оказалось очень и очень результативным, в последний месяц он чувствовал себя отлично, практически так же, как до болезни…

– Понятно… И что же было дальше?

– По дороге нам необходимо было заглянуть в супермаркет, тот, что на улице Ласточкина, неподалеку от клиники…

И, заметив, что Александр Борисович тут же перевел взгляд на крупномасштабную карту Москвы, висевшую справа от его стола, пояснила:

– Папа лечился не на Каширке. То есть он, конечно, состоял там на учете, но лечила я его в клинике профессора Хабарова… Возможно, вы слышали? О нем многие знают.

Он действительно поднимает на ноги безнадежных больных… при определенных условиях.

– Вы имеете в виду оплату?

– Это само собой, – она слабо улыбнулась. – Клиника-то ведь частная! Но я имела в виду не это, а ряд сугубо медицинских показателей.

Турецкий решил пока не уточнять эту сторону дела: ему показалось, что Клименко слишком долго подбирается к сути.

– Итак, насчет супермаркета, – напомнил он.

– Да… – она кивнула и снова помолчала, собираясь с мыслями.

 – Вы просили с деталями… В маркете я собиралась купить бутылку дорогого коньяка для папиного доктора: в предыдущий визит мы случайно узнали, что у него день рождения, а коньяк, о котором идет речь и который всегда имеется в этом магазине, его любимый…

– Удачная случайность… – пробормотал Турецкий.

– Что вы имеете в виду? – удивилась она.

– Случайно узнать столько всего сразу, включая то, что упомянутый коньяк всегда есть именно в этом супермаркете, – он слегка растянул губы в улыбке.

 – Вы не находите, Лидия Ильинична, что вам практически прямо предложили поздравить доктора с днем рождения конкретным подарком?

– Не нахожу, – холодно отрезала та. – Тем более что о дне рождения мы услышали случайно из разговора медсестер между собой, а насчет подарка я по собственной инициативе посоветовалась с одним из врачей.

– Продолжайте, – кивнул Турецкий, целью которого как раз и было прояснить ситуацию. В делах, связанных с убийством (если, конечно, речь действительно шла об убийстве), мелочей не существовало.

– Я оставила папу в машине, – вздохнула Клименко, – а сама пошла в супермаркет…

Александр Борисович вновь внимательно посмотрел на карту и, поднявшись, подошел к ней поближе: район, в котором располагалась улица Ласточкина, он знал неплохо, а с упомянутым супермаркетом года два назад было связано одно из его расследований, так что «сцену» он представлял хорошо. Дело было за действием.