Академия психованных драконов

Путь в столичный регион был не близкий, предстояло трястись по ухабам целый день.

Кучер пел заунывную песню о прощании с родными краями, а Эмили с тоской смотрела в окно. Никогда раньше она не покидала родных мест. Горы, покрытые оливковыми рощами, помидорные плантации и маленькие деревеньки, в каждой из которых обязательно стоял свой собственный замок с красно-желтым флагом Исрании. Жужжали насекомые, скрипела подвеска. Эмили укачало и она плавно сползла на мягкие подушки и сладко захрапела.

Сколько времени прошло, ведомо лишь святому дракону.

— Драконья задница! Чтоб тебя! — выругалась она и стала тереть ушибленное место. — Какого шута клыкастого ты творишь, Седрик?

— Не ругайтесь госпожа. Не моя вина! — выкрикнул кучер с козел. — Мы границу провинции пересекли, в столичный регион въезжаем. А у них тут... магических лежачих полицейских пруд пруди. Проверяют на предмет запрещенных субстанций.

— Вот ведь, — Эмили не нашла подходящих слов, чтобы выразить своё негодование. Она просто забралась на сидение и высунулась в окно.

Столичный регион разительно отличался от привычной Исрании. Ни оливок тебе, ни помидор, ни мандарин. С одной стороны дороги тянулись высоченные и толстенные баобабы, а с другой — бескрайние огуречные поля.

— Вот те на... Я такую растительность только в книжках видела, — Эмили иногда разговаривала сама с собой. Братьев и сестер у нее не было, а друзья ее сторонились.

— Часа два думаю, — отозвался Седрик.

Эмили откинулась на спинку и стала размышлять о том, что ждет ее в академии и как она будет уживаться с психованными драконами. Однако предаваться долго праздным размышлениям ей не удалось. Баобабы и огурцы вдруг закончились, и карету со всех сторон окружили огромные, ярко-жёлтые и ароматные подсолнухи.

— Ой, мама! — только и успела выкрикнуть Эмили, как в носу ужасно зачесалось.

В следующий миг она ощутила мощный толчок, и карета остановилась. Эмили открыла глаза и с ужасом осознала, что превратилась в огромного зелёного дракона, торчащего из дверей и крыши кареты.

— Проклятье! — выругалась она. — Это не мое первое превращение, но первый раз такая катастрофа!

Она с трудом выбралась из кареты, развалив ту окончательно.