Жопа мира

Это были его вторые штаны, отправленные в стирку. Поэтому около половины его забегов заканчивались безрезультатно - если не считать результатом бесплатный концерт, который он давал в туалете, кстати, обладающим отличной акустикой. Это знание не особо его порадовало, но за эти выходные это была единственная хорошая новость.

Он подумал было взять больничный, но постеснялся. Что он врачам скажет? Что у него понос? Как маленький, в самом деле. На работе то же самое. Ха-ха, слышали, Борис Петрович-то наш обосрался, от толчка отойти не может, болезный.

И это если его и правда называют за глаза Борисом Петровичем, а не лысым хером каким. Ну, после такого так точно иначе, чем засерей, называть не будут.

Этого он себе позволить не мог. К тому же, и монография, которую он должен был отрецензировать еще на прошлой неделе, не будет дожидаться, пока его бунтарский кишечник возьмет передышку. И уйдет в печать, как есть. А не дай бог там закралась хоть какая-то ошибка - плакала и его репутация, и защита докторской, и вообще все.

Как рыдала сейчас его многострадальная жопа, слезинку за слезинкой роняя в унитаз уже потихоньку иссякающие продукты его жизнедеятельности.

***

Бог миловал - уж на что Боря был законченным материалистом, за эти мучительные два дня он успел обрести веру сразу в десяток богов - от ветхозаветных Иеговых до хтонических Ктулху. Его устраивало абсолютно все, что могло остановить эти мучения. Но несмотря на грохот, доносящийся из его личного лобного места с фаянсовым орудием пыток, ни один из гипотетических богов не откликнулся.

Небось зажимали нос и делали вид, что вот конкретно это творение божье - не такое уж и божье, не наш продукт, фирма таких веников точно не вяжет.

Но в метро никаких приключений с ним не произошло. Чего не скажешь о работе. Едва вломившись в кабинет, он по привычке ткнул пальцем в кнопку на компьютере, а после сбросил пальто и сумку прямо на пол и помчался на всех парах сразу в туалет. И это было самое неприятное.

Если дома он еще находил что-то смешное в своих громогласных извержениях, то здесь, на работе, шутки про грайндкор-концерт не спасали. Здесь он был самый настоящий кандидат исторических наук, дристающий так, что, наверное, штукатурка с потолка сыпалась, а в подвале престарелая лифтерша Зинаида хваталась за сердце и ожидала конца света. И, разумеется, все-все знали, кто именно является источником шума, и наверняка перешептывались за его спиной.