Вселенский заговор

- Не думаю, это наши российские офицеры, они не пойдут на самоуправство, а моя морда всегда вызывала подозрения. Не даром я несколько раз сидел в камере и меня избивали в милиции.

- Но вот милиция ко мне относилась нормально, хотя я часто лазил в сады и огороды, мои родители были бедные, и детский организм нуждался в витаминах. Хотя я так и не вырос.

- Ничего растянем. Тебе еще только шестнадцать, я знаю, что при дистрофии такое бывает, рост замедляется.

- Еще как бывает. Брр! До чего, однако, голова болит, хуже, чем от похмелья.

- А ты говорил, что большей гадости, чем спиртное и быть не может.

- Уколы хуже, да и кресло неудобное. Ну почему у нас такая злая судьба, никто не верит, а если встречают, то только тюрьмой и пытками.

- Закон кармы или все предопределяет Аллах!

- Ты знаешь, чем я больше живу, чем тверже мое мнение - Бога вообще нет, это сказка!

- Нет не прав, если есть зло, значит, должно быть, добро. Если есть страшные монстры, должны существовать и мирные ангелы!

- Я полагаю что это или ЦРУ или представители иного мира.

- Не исключено и это! А ты глупый ребенок, если считаешь иначе.

- Ой, это шайтаны! По-моему от пыток у тебя крыша поехала.

Максим почувствовал злость, и он отчаянно пытался сломать титановые зажимы, как ни странно даже само усилие отвлекало его от боли.

Янка лишь изворачивался, было видно, как напрягаются его маленькие, но хорошо прорисованные мышцы жилистого тела.

- Ладно, я не буду преувеличивать, может, и в самом деле переборщил с мистикой. Вот чего мне хочется так это встать в полный рост и закурить.

- Что же не дурное желание, а выпить было тоже неплохо!

Два солдата замолчали, было слышно, как в углу жужжит муха. Янка стал обдумывать побег, он вспомнил фильм, как кандалы удалось открыть с помощью простой булавки. Затем ему в голову пришла идея получше.

- Знаешь мои кисти совсем тонкие, а кулаки маленькие, я думаю, если их чем-нибудь

намылить он сами выскользнут.

- У нас нет мыла.

- Зато есть слюна. - Нашелся Янка.

Кое-как вывернувшись, он смазал сначала правую кисть, а затем и левую. Причинив

себе страшную боль, вывихнув сустав, он освободил сначала одну руку, потом попотев

другую.

- Вот так оно гораздо лучше.

- А ноги, они ведь так просто не выскользнут, пусть они у тебя и детские.

- Попытаюсь дотянуться до стола с пыточными инструментами.