Попаданка Клара и эльф Геннадиэль

— Ну как? Рубить мечом, из лука стрелять, скакать, — Клара сопроводила свои слова жестами для вящей убедительности, — Вот это вот все.

— К-х-мм, — задумался Бардус, почесывая кудлатую бороду, — Ну вообще знаю одного такого. Хемгистом звать. Он — староста. Живет правда не близко, но если сейчас выедешь, то к закату как раз доберешься.

— Ну вот! Отлично. Объясни дорогу...

***

Староста Хемгист действительно оказался стар, если не сказать суперстар. Увидев его, Клара подумала, что из-за невероятной худобы старика запросто можно спутать с ожившим скелетом.

Остатки растительности у него на голове более всего напоминали пух одуванчика. Стоял Хемгист, склонившись так низко, что тело было практически параллельно земле и только благодаря клюке ему удавалось удерживаться на ногах. На шее у старосты висел раструб из коровьего рога, который тот приставлял к уху, чтобы лучше слышать.

Костюм Хемгиста состоял их какого-то оборванного латаного-перелатанного рубища неопределенного цвета и веревки на талии.

Какая — либо обувь, кроме толстенной корки грязи отсутствовала.

Мыслей о платежеспособности старик не внушал, но начинать-то с чего-то надо было.

— Я — наемница и ищу работу, — покончив с обменом приветствиями и взаимным представлением, крикнула Клара.

— Щось? — визгливо переспросил дед и приложив слуховой рожок повернул к девушке ухо.

— Работа есть? — во всю мощь легких, свесившись с седла, проорала в раструб попаданка.

— А-а ра-бо-о-о-та... Есть, — с пониманием в глубоко запавших мутных глазах прошамкал Хенгист демонстрируя рот с последней парой зубов.

— Ну и отлично, — самой себе сказала Клара, — А сколько платите?

— Чав-о-ось? — снова не расслышал старик.

— Монет сколько, — снова заорала, склонившись, Клара, в привычном жесте потирая перед лицом старосты большим пальцем кончики среднего и указательного.

— А мо-о-о-не-ет у нас и не бы-ы-ло от-ро-дясь, — с натугой выдавил из себя блеяние дед, — Отке-е-ль? Мы ток-мо нату-у-уро-ой даем.

— Что даете? — опешила попаданка, этот разговор начинал ей нравиться все меньше и меньше.

— Так эта, чаво надыть: сыру круг дать могем, окушков сушеных связку, гарнец гороху или репы мяшок.

— Охренеть, — с досады махнула рукой девушка.

— Не-ет, хре-ена нетуть у нас. С прошлаго году нетуть.

— Что делать-то надо? — сдалась правилам этого, преисполненного несправедливости к женщинам, мира Клара.

— Надыть от бе-е-ести-иев обо-орони-ить. Са-авсе-ем от па-аску-уд жи-и-итья нетути. Нахл-ые щерти.