Слишком много принцев

Наконец Лэксир заходит в какой-то парк, продирается сквозь заросли кустов и деревьев, и я вспоминаю все, чему меня учили на бальных танцах — двигаться в такт партнеру, держать ритм… Хотя наше перемещение похоже не на вальс и даже не на танго, а на брейкданс. Ну, я один раз чуть не исполнила какой-то элемент, съехав на попе в овраг. А Лэксир спустился, как лыжник-чемпион по слалому. Ну да, хорошо ему, у него есть магия. И у меня есть, но лучше об этом не вспоминать.

Приходится смотреть под ноги, ступать в одном ритме с магом и думать, куда спрятаться, если вдруг что-то пойдет не так.

А еще над головой кружат две светящиеся сферы — это удобнее, чем фонари, но отмахиваться от них — то еще удовольствие. Но я же истязатель роботов сегодня! Поэтому сферы сдаются после третьего по счету комка земли, которым я попадаю в них. Улетают вверх, обиженно пища. Но мне все и так хорошо видно в отблесках пяти сфер, которые парят рядом с Лэксиром.

Приваливаюсь в отчаянии спиной к какому-то пню, когда Лэксир замирает перед высоченной кирпичной стеной.

По этим булыжникам я точно не вскарабкаюсь. Маг свистит, подавая условный знак.

На стене появляется кто-то в бордовой мантии, вниз падает тяжеленный канат, и незнакомец легко спускается по нему. И бросается к Лэксиру, повиснув у него на шее, и радостно выдыхает звонким женским голосом:

— Как же я по тебе соскучилась!

— Так бы и сказала утром, а не «нам надо срочно поговорить», — дразнит ее маг, а сам обнимает в ответ и не спешит размыкать объятия.

— Но почему бы не совместить приятное с полезным? — смеется она, закидывает голову назад, и с нее спадает глубокий капюшон.

— Сбежать из академии и рисковать получить взыскание за нарушение дисциплины? — спрашивает Лэксир с доброй усмешкой. — Именно поэтому ты выбрала такое позднее время?

— Никто не заметит, а если заметит — нестрашно. Глупые их традиции, что после восьми ученикам академии нельзя выходить за ограду.

— В древности это было условием выживания. После восьми в темноте ученик мог стать добычей поедателей магии.

— Да знаю я, — она мановением руки сгребает листья и тянет мага за собой в эту кучу. — Но условия поменялись, поедатели вымерли, а ректор все равно талдычит как заведенный, что дань традициям позволяет сохранить память о предках. Ага, чем дурнее традиция, тем живее память.

Сфера-фонарик как раз пролетает над ее головой. Я немею от удивления — маг тайно встречается с принцессой Миалирой собственной персоной.