Слишком много принцев

Я никогда не любил ее так, как надо… пожалуй, никого так не любил.

Какая оскорбительная откровенность, я даже швыряю в него крошечный воздушный кругляш из карамели с сиропом.

— Эй, ты только что чуть ли не объяснялся мне в любви! Или я тебя не так поняла? Ты хочешь взбесить меня, как Рианиру?

Он уворачивается и ловит «снаряд», ухмыляясь:

— Нет, тебя так просто не взбесить, да и месть твоя будет поужаснее, я уверен. Ты мне правда очень нравишься, но, понимаешь, это же на всю жизнь, да и я должен учитывать интересы государства.

— Ох, вот сейчас обидно было, хотя и вполне объяснимо, — я озираюсь в поисках, чего бы кинуть в него, но вкусноту кидать жалко. Сожрет ведь, а я не все еще попробовала. — Ладно, я тоже против того, чтобы влюбляться в тебя с первого взгляда. Кто знает, какие секреты ты скрываешь? Так вот влюблюсь, а ты окажешься настоящим чудовищем. С принцами такое бывает.

Эх, знал бы он, с каким трудом мне далось это признание! Изображать разум сложно, когда внутри все просто кипит — то ли от возмущения, что мне к ногам не бросают все королевство, то ли от растерянности.

— С принцессами и неизвестными девами тоже бывает, — он снова хмыкает, но я сохраняю хладнокровие, только угрожающе постукиваю десертной вилочкой по бокалу с чем-то воздушно-коктейльным.

Он, кажется, понял, что эта вилочка может полететь в него, поэтому продолжает чуть быстрее:

— Нет, определенно, с ними бывает очень разное. Вот первая призванная — она была вроде красавица и умница, могу портрет показать, — он озирается, оценивает расстояние до ближайших роботов, и на салфетке передо мной появляется изображение блондинки с изящными чертами лица и огромными голубыми глазами.

Вот, значит, каков ваш идеал красоты, принц Нэлиор?

— Ей я с самого начала объяснил, в чем дело, но немного наврал, — он пожимает плечами. — Сказал, что влюблен в нее уже долго. Но... нет, не могу, вроде это до безумия грустно, но забавно. Мы решили получше узнать друг друга, я проводил с ней уйму времени, дарил подарки, разговаривал при луне, баллады посвящал, все как положено.

— Боже, как это неоригинально, — с завистью тяну я.

Подарки — бог с ними, конечно, но отчего-то немного завидно. Вот какой-то красавице он сразу рассказал, что от нее хочет, а меня обманул.

— А оригинальностью Роза не блистала, — фыркает он. — И в итоге, кстати, сбежала с садовником в Нимаб.