Слишком много принцев

Указывает вперед:

— Оттуда придет, ждем, — его слова подтверждают крики, доносящиеся из-за поворота.

— Людей спасать не побежите? — возмущаюсь я.

Судя по звукам тяжелой поступи, этот робот может кого-то растоптать. Или убить барабанные перепонки — мои точно. Каждый тяжелый шаг сопровождается бренчанием и воем струн, как будто вместе с роботом к нам идут очень злые кошки, орущие на разные голоса.

— Нет, не побежим, он никого не схватил, — отвечает Лэксир, сосредоточенно крутя в руках воздушную сферу.

Это не совсем сгусток тумана, если присмотреться, то видно, что шар в его руках больше похож на сплетение нитей, как будто это тончайшая сеть. Она вспыхивает оранжевыми искорками, словно причудливая гирлянда. И на какую же рыбу мы охотимся? Неужели на нашего Юма? Но на параниуса нет смысла охотиться вот так, он вернется сам, всегда же возвращался.

И вот из-за угла показывается робот — очередной гигант на складных железных ногах с пятью или шестью коленями.

— Зачем они все такие высоченные?

— Высоченные, чтобы удобно было транспортировать, — объясняет Шэв, ничуть не волнуясь, — перевозить такую махину дорого, а так — сам дойдет.

Гигант перешагивает через аллею, преграждавшую ему путь, и направляется прямо к нам, угрожающе машет всеми своими руками — клешнями, прищепками какими-то, щипчиками.

Диалия фыркает, взвешивая в руке кинжал:

— Да и выглядит такая махина внушительнее, для рекламы хорошо — издалека видно. Ну, пока их мало, конечно. А сейчас только один такой есть, уж больно дорогая «вывеска».

«Вывеска» рвет несколько струн, которые так и болтались в самых верхних клешнях, и почти что бежит нам навстречу. Что-то мне кажется, что с этого дня я как раз буду обходить стороной таких «зазывал».

— Мне пора бояться? — на всякий случай спрашиваю Лэксира.

— Нет, уже поздно бояться, — он коварно усмехается.

— Пора готовиться к смерти, что ли? — в тон ему отвечаю я. — Так это я не успею. Я не накрашена и вообще…

— Да ну тебя, Лэкс, с твоими шутками, — Диалия почему-то напускается на него, а не на меня. — Просмотришь сейчас то, ради чего мы ночей не спали и план придумывали.

— Так уж и ночей, — он смеется. — Всего-то час.