Магинариум

Если его казнят за нарушение какого-то чужеземного табу, он хотя бы не будет считать это своей виной, как если бы он вел себя грубо. Но все вокруг расширили глаза, их белки были хорошо видны на фоне кожи, а некоторые караванщики открыли рот от удивления.

- Ты и Внешний Женский знаешь? – наконец спросила, пришедшая в себя караванщица. – А Внутренний Женский?

- Много же у вас наречий, - Мрачник ничего не понимал, а значит, все возможные слова равноценно опасны. Но те, что он выбрал, вызвали взрывы смеха среди южанок, которых оказалось немало в толпе.

- Если мы все здесь одномоментно не сошли с ума, то ты и они говорили на чужом языке. От них я подобное ожидала, но от тебя, герой? Ты же ещё пару дней назад не умел читать, – Заноза звучала изумленной, сбитой с толку и насмешливой.

- Похоже, мой подарок от работодателя в действии. Когда они говорят с акцентом, то на нашем, а без акцента - на их. Кстати... – Мрачноглаз достал кругляшек, подаренный отцом. Действительно, значение рун теперь было понятно: “Рассекающий Ветра”. И что это значит? Характеризующее имя? Для дракона?

Их провели в начало каравана, в котором Мрачноглаз насчитал шесть груженых хряков. На первом сидел южанин с заметным животом и с красной шляпой среднегриба на голове.

- Дальноход приветствует дальнохода, о многознающий, – проговорил толстяк, взглянув на едущих рядом с ним прибывших.

- Гм. Приветствую, – Для парня это звучало как ритуальная фраза, но ответа он не знал и (в целом) решил говорить поменьше.

- Мои железные люди говорят, что ты удивил их своими познаниями, даже в том, что не должен был знать, о открытые врата моего сердца, – Фатронь снова бросил на них взгляд, но Мрачноглаз заметил прячущуюся улыбку в уголках его губ.

- Я лишь хотел проявить вежливость, – дипломатично ответил Мрачник.

- О, это замечательно, тёплый свет моего жилища! Вежливость - долг всех добрых людей. Перестройка мира не причина быть грубыми. Мужчина и женщина обучили тебя нашим языкам?

Мрачноглаз вспомнил странную комнату с Регентом и демоницей и кивнул:

- Если не считать того, кто был на руках мужчины, но он не говорил.