Магинариум

И они явно не крестьяне, – попыталась пристыдить сестру Гвиневра.

- Зачем ты привёл этих нечистых бродяг в большой зал? – исправилась Утера.

- Они идут в Хреб, а не бегут оттуда. Я подумал, что это подозрительно, – замялся капитан.

- У нас там дело. Не могу сказать деталей. И работодателя я лучше не буду называть, – говоря, Мрачник понял, что совсем не помогает себе.

Но у Гвиневры было другое мнение:

- Ну, вот видишь, Элфред, совсем не подозрительно. Раз уж мы решили этот вопрос, то вы могли бы остаться у нас.

- Хватит позорить нас! Помнишь, как отец ругался, когда ты притаскивала сюда всяких зверушек? А теперь на низкородных людишек перешла? – Утера была полна холодной ярости, ножичек в её руке завращался с удвоенной скоростью.

- Это ты нас позоришь. Отца больше нет. И хватит играться с ножом, – Гвиневра тоже показала, что может злиться. – Мала, выдели нашим гостям покои, они и так попусту пустуют.

Утера вскинула нос так гордо, словно это она поддерживает окружающую реальность, и, если опустит нос, то всё рухнет.

- Простите, что прерываю, - не выдержала Заноза, - но мы будем игнорировать то, что рядом стоят лагерем Траурники и готовятся нас штурмовать?

- Не переживай, Заноза, да? - успокоила её толстушка. - Мы защищены мощной эльфийской магией.

Мрачноглаз огляделся, но никто из слуг и стражников не отреагировал на "эльфийскую магию", как будто это не было ругательством. Его насторожило и то, что Элфред назвал Симурга не альмой, а птицей, по-старому.

- Ещё один последний вопрос, если мне позволят, – сказал парень.

Утера закачала головой, но Гвиневра кивнула, что Мрачноглаз принял за разрешение:

- У вас похищали людей после того, как здесь проходили Траурники? Но как именно? Их просто хватали, проходя мимо? И это было днём?

- Что ты хочешь сказать? – поторопил его Элфред.

- А то, что кто-то помогает им, если вообще им, отсюда, из крепости.

- Вот и займитесь этим, – обрадовалась Гвиневра. – Элфред, выдели им помощь.

Утера закатила глаза и забормотала:

- Пусти крестьян за стол... Был бы отец жив...

***

- Вот здесь они жили, – Филипп открыл металлической железкой дверь в дом. Он был молодым стражником, которого капитан выделил для помощи в расследовании.