Один раз - не вампир. Книга 4

А Чибуэсо опять простонал:

- Но что же делать? Казнь закончится не раньше чем через те же два часа! И я не могу покинуть это... мероприятие раньше!

Я изобразил на лице готовность и предложил:

- Вы можете послать в Гросан секретаря, а я схожу с вами исповедать преступницу, и проводить её на плаху, как положено по божьим законам.

- Вы не можете! - чуть не рыкнул архиепископ, как будто я виноват в их дурацких правилах. - Нужен или пардий, или монах! А вы солдат.

Я чертыхнулся про себя, потому что не подумал о такой проблеме.

- Вы знаете, Ваше Преосвященство, я как раз вчера обдумывал моё поведение... Ну это... Грех прелюбодеяния с леди Зиррой... и решил, что для его искупления мне стоило бы стать пардием.

- Может всё-таки монахом? - подозрительно уставился на меня старикан. - Это было бы куда лучшим искуплением.

- Ну вы скажете тоже, - развел руками я.

Чибуэсо кинул на меня злобный взгляд, но вероятно сделал вывод, что не ошибся, посчитав меня наглым и тупым. Но также решил, что сокровища вампиров стоят того, чтобы на многое закрыть глаза, так что гаркнул секретарю, когда тот ещё даже не доковылял до нас:

- Отдай портфель юноше, а сам беги и прикажи закладывать мою карету! Ты поедешь в Гросан.

Глава 4

Через десять минут я закончил писать одинаковый короткий текст на двух пергаментных свитках, где главным было то, что «Сэру Диму Лагаль присваивается сан пардия единоличным решением Его Преосвященства Архиепископа Чибуэсо».

Один предназначался мне, а второй для архива. Правда, затем старый хрен вспомнил, что назначаемого пардия надо проэкзаменовать, и это могло стать настоящей проблемой. Я же ни молитв, ни обрядов совершенно не знаю. Но тут к нам приковылял брат Шихалий, и архиепископ просто пришлёпнул печати, затем я убрал второй свиток в портфель и вручил тот секретарю.

- Ждите меня на улице! - рыкнул мне Чибуэсо, и я понял, что ему надо проинструктировать секретаря, и мои уши при этом будут точно лишними.

Я кивнул, но прежде чем уйти кинул взгляд на всё также спящих девушек, а вот затем обратил внимание, что обе дуэньи уже вскочили из своих кресел, и смотрят на меня как на врага человечества.