Подарок

Двое людей под деревом заворочались во сне, но потом лишь крепче прижались друг к другу и продолжили сладко посапывать.- Мда, – после долгой паузы произнесла кикимора. – И впрямь не до конца. А почему?- Это ты у меня спрашиваешь? – поразилась Людмила.- А потому что "теория, мой друг, суха, но зеленеет жизни древо", – обведя широким жестом поляну, процитировала Фрося. – В смысле, в теории-то одно должно было получиться, а на практике что-то не заладилось. Ну, это дело поправимое...- Опять Гертруда со своими книжками? – догадалась Людмила.

- Какие книжки, о чем ты? – отмахнулась старуха. – Вот гостил как-то у меня на болотах один немец, вот, я тебе скажу, голова...- Ладно, колдуй уж...Над рекой тоскливо кричала выпь. Душераздирающие звуки разносились на много верст вокруг, пугая случайных путников, встретивших ночь в дороге. Нечисти, обычно бодрствовавшей в это время, крикливая птица досаждала не слишком, но именно сегодня ее вопли порядком раздражали прилегшую на лугу под звездами Людмилу. За минувшую неделю она так набегалась, что не отказалась бы вздремнуть ночку-другую. Тем более теперь, весной, когда от земли и воды еще веет холодом, но воздух над ними теплый. Когда начинают зацветать ландыши и клевер, когда все вокруг зеленеет и радуется пока еще ласковому солнцу, когда небо по ночам становится по-настоящему черным, и оттого кажется, что звезд на нем больше, чем всегда...- Люсь, а Люсь? – развалившийся рядом Семен сладко почесал пузо и повернулся на бок. – А на кой оно тебе надо было?- Что именно? – холодно уточнила вырванная из мечтательной задумчивости кикимора.- Ну, дуреху эту спасать. Утопил бы ее Лавруша, да и дело с концом. И ему радость, и тебе меньше хлопот. Ладно еще Егор. Или Катька, она все же человек, хоть и наша... А ты-то кикимора, злая нечисть. Тебе с людьми дружить не положено.- А разве я с ней дружила? Так, помогла немножко... Лавруша свое еще возьмет, у него каждый год по новой невесте, а то и не по одной. – Угу, только Дунька с Агашкей всех разгоняют, – усмехнулся бес, перекинув травинку из одного уголка рта в другой.- Слушай, Сем, а что с той русалкой из книжки приключилось-то? – вдруг вспомнила Людмила. – Вышла она замуж?- Не. Померла, – зевнув, сообщил Семен. – Все в этих заграничных сказках шиворот-навыворот. Не то что у нас...- И не говори... Жалко.- Люсь?- М?- А вот скажу я тебе, на кой. Потому что хорошая ты баба, Люсь. Добрая. Прям как я.