Уборщик чародея

Ивон проснулся с первыми лучами солнца с на удивление лёгкой головой. Колючка умиротворённо щипал траву. Прохладный ветерок перебирал светлые волосинки на ноге, глядевшей из задранной штанины. Где-то чечекала лесная птичка. А рядом с ним, привалившись спиной к сосне сидела девчонка.

— Привет, — сказала она. — Ты кое-что забыл.

Она кивнула в сторону мешка с овощами. Топор, удочка и мешочек с овсом лежали рядом.

— Что?! Что ты здесь делаешь?! — отодвинулся Ивон.

— Исполняю волю богини, — пожала плечами девочка.

— А ты можешь исполнять её в другом месте?! Отвяжись! — Ивон сел.

— Могу. Но только, если в этом месте будешь ты.

— Может, тогда поженимся сразу? — буркнул Ивон, сунул руку в мешок и достал яблоко. Вытер о куртку и вонзил зубы в хрустящую мякоть. Если он остался вором, то пусть будет хотя бы вором сытым.

— Не мечтай.

Вот ещё! У него для этого есть Леннета. Ивон представил лицо рыжеволосой девочки из родной деревни, по которой сох последние два года. Образ улыбнулся ему, и Ивон невольно расплылся в ответной улыбке.

— Я же говорю, не мечтай.

— Да ничего я не мечтаю! — возмутился Ивон. — Слушай, ну вот чего ты хочешь, а? Я вот хочу одного: вернуться домой, и чтобы всё было, как раньше.

Ивон почувствовал, что кривит душой. Он ведь так и не исполнил своё желание, не добился того, за чем ехал к Риберину. Так и не сделался учеником волшебника.

— Я хочу исполнить волю Богини, — повторила девочка.

— Да слышал я уже про твою богиню! Чего эта твоя богиня хочет, э-э… Как тебя звать, вообще?

— Я Лин.

— Ну а я Ивон. Не могу сказать, что рад знакомству.

— Я знаю твоё имя.

— Конечно, ты же у нас мастерица шпионить.

Ивон хотел уколоть девчонку, но в ответ она не без самодовольства кивнула:

— Я была лучшей в группе.

— Так чего там насчёт богини? — напомнил он.

— Меня послал сюда Мастер Храмовой Кручи. Богиня высекла моё имя на камне предназначения. Я должна помочь тебе и твоему дяде спасти тысячи тысяч жизней, — отчеканила Лин.

Ивон поморгал, переваривая услышанное.

— Но я собираюсь спасти только одну жизнь — свою! А дядя её вообще лишился. Так что ты с волей своей богини, похоже, крепко облажалась, — Ивон откусил яблоко, довольный тем, что загнал девчонку в тупик.

Она молчала, мрачно уставившись вдаль. «Может, отстанет, наконец», понадеялся Ивон.

— Вообще-то, я всё ещё здесь, — повернув голову и неестественно двигая губами, сказал Колючка голосом волшебника.

Лицо Лин прояснилось. Ивон уставился на ослика.