Многоликая

Некоторые из монстров, избежавших встречи с патрулем и счастливо пробравшиеся из-за Завесы к нам, находили пристанище в этих самых горах. Именно здесь часто встречались лохки, но это для нас не проблема. Конечно, теоретически стая таких существ может лишь магии и меня, не исключено, что навсегда, я в ужасе поёжилась от такой перспективы, но, возможно, у Мрака получится с ними договориться? На своем лохкском. Да и в принципе, не думаю, что они станут нападать без повода.

Все остальные разновидности чудовищ для меня оставались тайной, и что нам может встретиться на пути, я понятия не имела.

Впрочем, чтобы не встретилось... Хуже, чем королевский маг, вряд ли существуют монстры. В любом случае, информации о том, что творится в горах нет по одной простой причине: никто туда уже лет сто не совался, и не просто так.

Оставалось надеться, что маги не считают меня достаточно сумасшедшей, чтобы рвануть в такие опасные горы. Зря это они, конечно. Я не просто сумасшедшая, я — отчаявшаяся сумасшедшая.

Мне терять нечего. Бороться за свою свободу и Мрака стану до последнего.

Горы встретили нас утренним туманом. Ради разнообразия я решила сменить ночной образ жизни на дневной. Не то, чтобы я верила, что главные монстры днём спят, а свирепствуют и пожирают метаморфов исключительно в тёмное время суток. Не говоря уж о том, что вижу я одинаково хорошо всегда, что ночью, что днём. Просто, наверное, в светлое время суток я чувствовала себя посмелее. Сунуться в неизвестность, как оказалось, при свете проще, чем в темноте.

Предрассудки это, но у всех свои недостатки.

Поскольку других придурков, прогуливающихся в этом невесёлом местечке, повстречать, шансы были малы, я для разнообразия путешествовала в человеческом обличье. Правда пока на всякий случай выбрала внешность молодого крепкого мужины-охотника. Почему-то очень хотелось стать собой. Шелль, девчонкой-метаморфом. Но такие радикальные перемены я отложила на то время, когда мы окажемся подальше в горах, там, где уж точно не ступала нога человека.

Странным образом, имея способности к изменению внешности (могла выглядеть, как душа пожелает) я по-настоящему дорожила возможностью быть самой собой. Моя непримечательная внешность была мне почему-то дорога. Я никогда, даже в актерском периоде моей жизни, не пыталась приукрасить себя и, в отличие от остальных коллег, пользовалась способностями метаморфа лишь для дела.