Большое кольцо

Но тут почему-то заволновался оценщик – колобком выскочив вперед, он замахал руками в сторону небольшого своего ангара, под полукруглой крышей которого и производился ремонт машин. Но Голованов легко отстранил его с дороги и рывком распахнул дверь в будку, что-то вроде строительной каптерки или бытовки. И даже отшатнулся, такой тяжкий дух рванул оттуда.

За столом, застланным газетой, сидели пятеро мастеров в грязных комбинезонах и жрали водку. Не пили там, не закусывали, а, судя по их виду, именно жрали. Ну да, время к концу дня, клиентуры никакой, да и кто им, таким вот, доверит свою тачку? Под навесом, кроме нескольких остовов разобранных на запчасти машин, других, нуждающихся в их «автосервисе», не было.

– А ну брысь все отсюда! – громогласно заявил Сева. – Базар будет не для ваших, блин, ушей!

Пьяниц словно ветром сдуло.

– Убери! – Сева толкнул оценщика в спину так, что тот влетел в свою бытовку и едва не растянулся на полу. Но команду выполнил шустро, то есть сгреб газету вместе со всем, что на ней находилось, и перенес в угол, на какой-то ящик.

Расселись вокруг старого конторского стола.

– Говоришь – помнишь эту тачку? – строго спросил Сева у оценщика, и тот послушно кивнул. – А вот хозяин ее, – Сева взглядом показал на Турецкого, – базарит, что все лажа! Если он залетел на десять кусков «зелени», да еще под счетчик, как ты, блин, определил тут, от того «мерина» должна была только рулевая колонка остаться! А его шмара… А ты молчи! – рявкнул он ни с того ни с сего на понурого Турецкого.

Грозный вид Голованова подействовал, конечно, но не настолько, чтобы хозяин этой конторы сильно перепугался. Видать, у него была своя «крыша». Нехорошо, что так получилось, но он-то при чем?

– А вы, простите, кто такие? – робко поинтересовался он, пряча вовсе не испуганные глазки.

– Его «крыша»! – Сева кивнул на Турецкого. – Ну чего будем делать? Залетел ты, однако, братан, вот что, – сказал Сева оценщику. – На твою «крышу» мы, конечно, положили, а ты давай отстегивай чего тогда насчитал. – Сева радостно осклабился, и ему ответил такой же довольной ухмылкой Демидыч. – Выкладывай, а то и тебя на счетчик поставим.

– Братаны! – вдруг взмолился оценщик.