Богдан и Матвей что было дальше

Глядя на довольных братьев, я заподозрил подвох, но мне самому стало интересно, что они задумали.

Барон сделал паузу, предаваясь воспоминаниям.

— Утром, позавтракав, мы отправились на охоту за волшебным зайцем. И каково же было наше удивление, когда примерно в трехстах метрах от лагеря мы обнаружили придушенного зайца, к хвосту которого был привязан длинный прочный стебель! Богдан быстро перерезал его ножом и поднял добычу над головой, демонстрируя всем присутствующим. Остальные дети были так удивлены, что не заметили, как братья еле сдерживали смех.

Озерный расхохотался.

— Больше таких зайцев нам не встретилось. Очевидно, один из братьев заранее подложил туда его и привязал к нему стебель. На мой вопрос ребята чуть позже признались, что в свое время над ними точно также пошутил Константин Львович – их отец. И они долго верили, что такие волшебные зайцы бывают. Признаться, мне стоило огромных усилий удержаться и не расхохотаться в голос!

Это был последний день нашего путешествия, и всю оставшуюся дорогу дети обсуждали это невиданное чудо — зайцев, которые растут на деревьях.

А ещё они заявили графу Томилину, что дрова на деревьях не растут. Это тогда, когда он попробовал залезть на дерево за палкой для костра, не удержался и упал. Ещё что-то говорили про диких пчёл, но я не вникал, — закончил свой рассказ куратор практики.

Алексей Николаевич смеялся так сильно, что на его глазах выступили слёзы.

— Ну, эти-то двое нигде не пропадут!

— Барон Константин Львович Белозёрский, — доложил секретарь, бесшумно появляясь в комнате.

— А вот и их отец пожаловал!

Барон Константин Львович Белоозерский.

Глава 2

— Константин, неужели это ты! — воскликнул Алексей Николаевич, поднимаясь из-за стола и направляясь к вошедшему. — Я уж думал, что проще достучаться до небес, чем до тебя. И это называется друг! Кстати, только что мы с Дмитрием Ивановичем вспоминали приключения твоих сыновей во время лесной практики.

— Что случилось? — с явной тревогой в голосе спросил Константин Львович.

— Успокойся, все в порядке, — улыбнулся граф Романов. — Позвольте представить: барон Константин Львович Белозерский, мой старый друг, а это барон Дмитрий Иванович Озерный, куратор полевой практики, которую недавно прошли твои дети. Дмитрий Иванович, кстати, выразил желание познакомиться с твоей супругой.