Злодейка

- Вы же вместе учитесь, спроси, почему она так ведет себя.

- Я же говорю, она все время уходит от ответа.

- Знаешь, меня уже начинает бесить, что каждая наша беседа начинается с Ены. Хоть бы раз завел разговор о моих делах.

- Как дела, любимая? - пошел на поводу Ольвин.

Анька отмахнулась. Самое время подсесть.

- Обо мне болтаете?

- Как всегда, - отрываясь от еды, заявила Ане. - Хорошо, что ты пришла. Я, как раз, хотела кое-что сказать вам обоим.

Мы навострили ушки.

- Я хочу с тобой расстаться, - спокойно сказала Ане.

Челюсть Ольвина даже магией сложно было бы отскрести от стола. - Я хочу дружить с тобой и дальше, возможно. Но я не люблю тебя, - никаких эмоций, но зато какой цепкий взгляд карих глаз. - Я жалею, что потратила столько лет, упиваясь тобой. Я столько могла сделать вместо страданий. Прости, Ольвин, но в паре с тобой очень скучно. Я поняла, что твое украшение — Енина. Только благодаря ей, ты преображался. Но на самом деле, ничего из себя не представляешь. Без нее.

Я выглядела не лучше друга. Новость ошеломительная. Сколько они там вместе? Да больше года! Все это время я мечтала, чтобы они с Анькой расстались. А тут, когда это произошло, я даже растерялась от неожиданности. Когда моя сестра успела превратиться в бесчувственную стерву? Это ж надо, как она неправильно подобрала слова. Если вообще подбирала. Довольно унизительно. Будь я Ольвином, зарядила бы пощечину. Горжусь ей.

Лёва не смел более задерживаться у нашего стола. Стул, на котором он сидел, с грохотом повалился на пол.

- Ане, ты серьезно?

- Да, - сестра преспокойно продолжила обедать. - Сначала я с ума сходила от счастья, ведь моя мечта сбылась. Мы ходили за ручку, целовались, спали вместе, в обнимку. Но тепла я не чувствовала. Я думала, мне просто кажется, ведь все же хорошо. Физически мы были вместе, но мыслями он витал где-то далеко. Он не помнил ничего, из того, что я ему рассказывала о себе. Перед нашим днем рождения я все уши ему прожужжала о моих любимых незабудках, а он приволок твои любимые нарциссы.

Как-то мы разговаривали, он кивал, мол, слушает. Я тогда назвала его другим именем, намеренно. А он даже не заметил. За это лето я надеялась, что он соскучится, но он даже ни одной весточки не прислал. Раньше я хотя бы могла мечтать о нашей прекрасной жизни, а тут нелепая пелена спала, и я увидела, что ничего не выйдет. А его я вовсе не люблю.

- Почему ты мне ничего не рассказывала?

- Я пыталась.