Божественная семейка. Книга 2

Инриль покосилась на проем, который, кажется, не только позабыл уже, как выглядят двери, но и крепления для створок растерял. На улице ревела песчаная буря. Единственное, что не позволяло той накинуться на собравшихся — щит, которым Инриль с Тейроном заранее окружили храм. И ка-апелька божественного благословения, оставшаяся с давних времен.

— Самое то для прогулок, — не сдержала Инриль сарказма и тут же цыкнула мысленно на саму себя.

Не так она должна разговаривать с Владыкой демонов.

Скопившееся внутри напряжение прорывалось во внешний мир резкими словами.

Вопреки ожиданиям подобравшегося для отражения атаки Тейрона, Астерион лишь рассмеялся. Словно они не рушили сейчас стереотипы об отношениях демонов и богов — вместо сражения сев за стол переговоров. Словно Инриль вновь в человеческом обличье, а он, Астерион, собирается пригласить ее на танец. Словно мир не замер в тревожном ожидании нового удара.

Словно Владыка демонов и представители лидирующей семьи среди богов встретились всего лишь обсудить погоду, да посетовать на житейские трудности.

Но Инриль с Астерионом не были знакомы до этого момента — по крайней мере, официально. И уж тем более они не были друзьями.

— Честно сказать, я очень удивился, выяснив, с кем свела меня судьба, — продолжил Астерион, как ни в чем не бывало. — Фрейль — известная фамилия даже среди демонов. Жаль, не сообразил сразу.

Тейрон не издал ни звука, но Инриль физически — как и взгляды демона — ощутила, как брат покосился на нее.

Волны иронии от брата Инриль стоически проигнорировала.

— Раз уж мы впервые встретились без масок, драгоценная моя, скажи, — Астерион, сияя доброжелательной улыбкой, плавно подался вперед, — чем тебе не угодил букет?

На этот раз Тейрон, не удержавшись, кашлянул.

Инриль поджала губы.

Признаваться в собственной оплошности отчаянно не хотелось. Да и предсказать реакцию демона в таком случае нельзя.

— Я не любитель колючек, — со скрипом призналась Инриль.

Пуффи не считается. Мутантный кактус — исключение из всех правил.

Астерион издал расстроенное «О-ох!», еще и бровки домиком сложил — ну чисто воплощение раскаяния. Выглядело это настолько же невероятно, как если бы сюда в балетной пачке постучалась Смерть. Волшебной палочкой вместо косы.

Короче говоря, пантомиме Инриль не поверила.