Ночь исполнения желаний.

-Ну-ну, успокойся. Отъешься скоро. Тебе даже проще будет на скалу подняться, мне то тяжко, видишь сам какое пузо отъел. - бахвалился толстяк и томно вздохнул.

Вновь скрип оглушил, в приоткрытые двери потянул сквозняк, полный самыми разнообразными запахами. Это тебе не протухшая еда, а ПИР. Именно пир. Неискушенный нос потянулся следом, отключив напрочь способность размышлять.

Крепкий удар по голове отрезвил рыжего.

- Стасик, не делай глупостей, быстро прячемся. - запыхавшийся толстяк, тяжело дышал. Стас огляделся.

Он, обезумев от голода, рванул вперед, позабыв об осторожности, наплевав на все правила, которые помогали ему выжить. Как назло, совсем рядом раздался оглушительный рев великана. Рванув под скалу, рыжеголовый втянул тело в щель, с большим опозданием туда влетел и Иннокентий.

- Шустрый малый, только глупый. Я тебя на силу догнал. В общем так, слушай меня и останешься жив. С тебя одна услуга в будущем. Я спас тебе жизнь, и теперь ты у меня в долгу!- вытянув покалеченную конечность вверх, важно произнес здоровяк.

Затем быстро огляделся и перебежал в более просторную нишу. Совсем рядом, сотрясая землю, прошёл титан. Следом второй, а затем третий.

-Много их. - сбившись со счета произнёс Стас.

- Эй, малахольный. Беги скорее за мной. Должны успеть. - прокричал на ходу толстяк. Рыжий рванул следом. Вскоре показался лаз в жилище великанов, а запахи, что доносились из него, вновь мутили голову и судорогой изводили голодный желудок.

Пробегая между ног шумных титанов, парочка заскочила в нору.

От поднятой пыли Стас чихнул, чтобы получить нагоняй от Кеши.

- Тише ты. Навлечешь беду. Я первый иду, ты за мной. - толстяк с трудом развернулся в стесненных условиях, а затем уверенно провалился в темноту. -Толкнешь в спину, ежели застряну. Узко тут, но относительно безопасно.

Трижды Иннокентий застревал намертво на поворотах. В те моменты Стасик разгонялся, чтобы инерцией своего тщедушного тела столкнуть здоровяка. В четвёртый раз, рыжий чуть было не сдался, настолько плотно засел Кеша.

-Давай же, давай. Ты справишься, а без меня пропадаешь. - приговаривал толстопузый. - Не вздумай меня бросить, похудею через недельку и выберусь, а ты не доберёшься до царского пира.

Рыжеголового подстегивали ни его слова, а запах, что тянуло сквозняком. Именно он каждый раз выбивал Кешу из затвора, а не желание помочь. Взаимовыручкой в его посёлке никто не болел. С десятой попытки, здоровяк выскочил, как пробка из бутылки, поохал немного, да почесал помятые бока.