Герой по найму

- Иго-го, залетные! Помчали!

Лошади недовольно заржали и неторопливо тронулись с места. Дубыня сидел в повозке, свесив ноги через борт, и глазел по сторонам. Кудр следовал за ними на своем коне. Копье и щит он оставил дома, оценив их бесполезность, и взял с собой лишь короткий меч, который, собственно, вряд ли помог бы ему в случае реальных неприятностей.

Вскоре городские ворота Велиграда остались позади, и герои выехали на широкий тракт, ведущий на юг, в сторону Дремучего леса и знаменитых Прибиздошных болот.

***

Маркиз Жак де Гак терпеть не мог Тридевятоземелье.

Здесь его раздражало все!

Еда – эти пельмени с медвежатиной и лосятиной, которые словно сами прыгали в рот, этот жуткий красный суп, именуемый трудно выговариваемым словом «борсшч!*», эти тающие на языке сочнейшие кусочки бараньего мяса, едва снятые с углей… а напитки – ледяной, с погреба, чуть кисловатый квас, так хорошо утоляющий жажду, клюквенный морс, тягучий кисель… а пиво, сколько в Велиграде было сортов пива, не счесть!

*Маркиз пытался записать это название для потомков.

Записал, но второй раз прочитать не сумел. Однако листок сохранился, и любой имеет шанс попробовать выговорить слово «borschtsch», но с предупреждением, что заодно случайно могут появиться демоны и спросить, зачем их вызвали.

Куда привычней и понятней маркизу были лягушачьи лапки под соусом «Буль-бульон», да садовые улитки, еще с утра ползавшие по грядкам и даже не подозревавшие о своей печальной участи, а так же простая постная рыба, мелкая и костистая, но такая привычная и любимая…

Эх, нет в других странах той эстетики и культуры питания, каковая присутствует в благословенной Франкии! Одно слово, дикари! А те, кто говорит, что франкийская кухня произошла от бедности, просто ничего не понимают в картофельных обрезках – даже их можно приготовить с отменным вкусом!

Но еда и напитки – сущие мелочи по сравнению с местными людьми и дорогами.

Человечишки – все сплошь бородатые, да хитрые. Того и гляди норовят или обсчитать, или кистенем по голове тюкнуть, и поминай, как звали. А дороги… о покойниках или хорошо, или ничего, кроме правды.

Но все минусы перевешивал один огромный плюс – полцарства! Где-нибудь в Бургундии, Нормандии, Шампани или Провансе полцарства – это отсюда и до забора. А здесь, в Тридевятоземелье, полцарства – словно десяток-другой Франкий, со всеми провинциями вместе взятыми. Таким добром не разбрасываются! И маркиз намеревался заполучить ценный приз, чего бы это ему ни стоило.