Последняя песчинка

- Типа того!

- Он оно как, - пробормотал про себя Юрок. - А вон те черные, это кто?

- «Эти», - ответил Стас. Юрок многозначительно приподнял бровь и качнул головой, беззвучно прошептав «Вон оно как…» Несмотря на то, что дед ни разу в жизни не переступал ногой церковного порога, кое-что он все-таки о загробной жизни слышал. По всему выходило, что золотые ворота были воротами в Рай, а те самые «эти» утаскивали грешников прямехонько в ад. Очередь продвигалась достаточно быстро, и чем ближе перемещался Юрок к архангелам, тем тошнее становилось у него внутри, потому что даже он понимал, что как ни крути, райских блаженств ему не видать, как собственных ушей, а «туда» ему страсть как не хотелось.

И чем ближе он подходил к архангелам, тем сильней не хотелось.

- Ста-ас, - жалобно всхлипнул он, – а что же это мне – на сковородку теперя, что ли?

- Да уж и не знаю, - ответил ангел. – Но скрывать не буду – шансов у тебя мало.

- Слышь, сынок, а может, эта… Назад меня вернуть, а? - с надеждой спросил Юрок.

– Мож, я поживу ишшо, а? Исправлюсь? А? Лестницу починю, а?

- Как же это я тебя назад верну? Это не в моей компетенции.

- Ком…пин.. Чаво? – переспросил дед.

- Да прав у меня нет таких, прав! – пояснил ангел. – Не могу я тебя назад вернуть при всем своем желании. Я только похлопотать за тебя могу, чтоб тебе полегче было…

- Ну ты уж похлопочи, миии-лаай! – зарыдал Юрок в голос.

- Ох, дед, не рви мне душу, - вздохнул Стас. – Ты думаешь, мне тебя не жалко? Мне вас всех жалко.

Только врата райские – они перед праведниками сами открываются, а перед грешниками – захлопываются и хоть ты их болгаркой пили… Жить надо по заповедям, Бога любить и людей не обижать. Тогда и легко все будет…

- Дык мне ж уже поздно, отжился! - плакал Юрок. – Мне-то теперя хоть люби, хоть не люби – все одно в ад пойду! И что ж это за жисть такая, и так ничего путного не видал, а после неё ишшо хужее будет!

Тут подошла их очередь.

- Раб Божий Георгий! – объявил Стас. Архангелы взяли список и стали вдвоем его рассматривать.

- Ну, что? – спросил один другого.

- Ну что – «что»? – переспросил второй. – Классика жанра.

- Что? – испуганно спросил Юрок. – Кла… чего?

- Классика жанра. Грешник классический, подвид – забулдыга.

- Дык… Эта.. Какая ж я забулдыга-то? – робко попробовал оправдаться Юрок.

- И не забулдыга я вовсе…

- Ну как же не забулдыга? – спросил архангел, тот, который был с копьем. – Пил?

- Пил… - сознался Юрок.