Когда погасла божественная свеча. Том I. Предвестие тьмы.

На руки натянуты тонкие перчатки, чтобы спрятать излишне чистые и ухоженные пальцы.

Знаю, что выгляжу подозрительно, но иначе никак! Нельзя, совершенно нельзя допустить, чтобы кто-нибудь узнал во мне святую Мирелию.

Сжав внутренний грудной карман плаща, я убедилась в наличии в нëм карточки, прежде чем убрать всë сейчас ненужное в алтарь.

Если оставить что-нибудь на полу или подушке, есть шансы, что артефакты посчитают оставленную вещь за мусор. Поэтому всë всегда нужно возвращать в алтарь, его артефакты не тронут.

Впрочем, как и книгу-крышку, оставленную на подушке.

Я привыкла еë оставлять так, всë равно никто в келью зайти не должен.

Но лучше её убирать на место. Если я задержусь при возвращении, священники могут заглянуть сюда, и тогда весь труд поколений святых пойдёт прахом.

Я на мгновение замерла и вернула крышку на место.

Дерзко взглянув в глаза статуй напоследок, я подошла к одному из окон. Схватившись за неровности витража, я вытянула его кусок на себя. А потом вылезла в образовавшееся отверстие.

Осталось только кинуть стекляшку на мраморные полы кельи.

Щелчок, и артефакты тут же незаметно убирают осколки.

А потом витраж начинает восстанавливаться.

Захватывающее зрелище. Стекло накладывается послойно, снизу-вверх.

Вот из ниоткуда появляться новый слой разгорячённого стекла. Слева-направо. Справа-налево.

Сейчас не стоит трогать это окно — можно обжечься.

В записке строго наказывается разбивать стекляшку внутри кельи. Насколько я понимаю, собранные артефактами осколки как раз и идут на восстановление окна.

Я искренне восхищаюсь древними святыми, которые смогли проложить этот путь к свободе.

Что ещë интересно, так это то, что витражи совершенно не просматриваются, но в келье всë равно весьма светло днëм.

Итого, я, наконец, снаружи, но всë ещë на территории храма.

Стою я в уголке карниза второго этажа. От любопытных глаз меня скрывает статуя божественного вестника с щитом и старый толстый алайский дуб.

Говорят, эти деревья становятся оплотом для сил природы, что отвоëвывают своë на мëртвых землях. Правда, этот дуб уже давно исполнил свою роль и не растëт. Скорее, даже наполовину засох

Сбежав по толстой уплощëнной ветке к стволу, я аккуратно проскользнула под листьями и протиснулась в скрытое дупло.