Посторонним вход...

Бастард слез с груди паренька, увеличился в размерах до настоящего, миску-самолётку свою забрал и за пазуху сунул. Наверное, новую себе наколдовал, свою-то он мне отдал.

— Надеюсь, вы рады мне, гелья Северина? — спросил парниша, галантно подавая раскрытую ладонь.

Я, секунду подумав, не стала ему в руку вкладывать свою лапку для поцелуя, а звонко шлёпнула со всего размаху и с силой пожала. Вештац засмеялся, но на пожатие ответил и накрыл наши руки другой ладонью.

— Смешная вы, гелья Северина! Необыкновенная.

— Есть немного, — согласилась я. — Жизнь, дружок, и не такому научит. Выжить захочешь — не так раскорячишься! — ответила я ему глубокомысленно.

— А «раскорячишься» — это как?

Угу, тебе показать, что ли? Сейчас, только шнурки поглажу! Но грубить вельможе не стала, просто, сделав самое умильное лицо, промурлыкала:

— А! Это значит, «научишься».

Вештац удовлетворённо кивнул и продолжил спрашивать:

— А куда вы собрались, досточтимая? Что путь ваш лежит во дворец — об этом я догадался. Но вот цель визита для меня остаётся тайной.

Ага, прям вот сейчас я тебе всё и выложила! Или таки поделиться? Да ну-у-у-у... Нет. В детском доме мне крепко в башку вбили правило: сама кашу взялась варить — сама и доваривай. И лучше держать в себе свои рецепты. Ложь — это, конечно, ужасно плохо, но иногда просто нет другого выхода. Да врать или не договаривать — две большие разницы, как говорят в нашем магазине.

— Понимаешь, гел Вештац, надо же мне здесь как-то устраиваться. Работу искать, крышу над головой. А я что умею?

— Да, а что вы умете? — удивлённо поднял брови вельможа.

Тут я слегка заменжевалась. На самом деле навыков у меня много. И я даже уже придумала, как их можно применить в данном мире. Но правду-то раскрывать нельзя. А что соврать, чтобы было натурально?

— Я могу... Я могу... могу рисовать!

Молодой человек рассмеялся.

— Это прекрасно. Но как-то мало применимо. Вот если бы вы были кружевницей! Или швеёй. Тогда — да, на работу в замок взяли бы без вопросов.

— Но я не умею, к сожалению, ни шить, ни плести кружева, — грустно констатировала я.

— А если попробовать раскорячиться? Может быть, получится?

— Что??? Что ты мне предлагаешь?

Я чуть было не врезала этому наглецу промеж глаз.