Попадись в мои когти

Не знаю, насколько можно было быть в этом уверенным, но о кровопускании меня не просили…

— Нет, стой, стой там! — Элора махнула рукой с зажатым в пальцах угольком. Я послушно остановилась. Неужели заставят плюнуть с десяти метров? — Аметист, сначала превратись, пожалуйста!

Чем их моя гуманоидная форма не устроила, не знаю. Огнем плеваться могу в любой. Наверное, коллеги решили, что масштаб будет маловат или жару не хватит… или, возможно, вспомнили строчку о черных крыльях и на всякий случай решили соблюсти это условие.

Отойти все-таки пришлось, чтобы ненароком не зацепить избушки и рыцарей.

Едва сменив форму, я почувствовала неладное: грудь сдавило, словно на мне рывком затянули седло, хотя таковое отсутствовало — я специально приподнялась, чтобы проверить.

— Подожди, еще не время! — поспешно крикнула Элора, — похоже, испугалась, что я сразу же начну исполнять предназначенное. Мне было не до нее — я прислушивалась к собственным ощущениям. Приступов боли не было, но ощущение внезапного сдавливания грудной клетки насторожило.

Ведьмы держали в вытянутых руках допотопные амулеты и тянули собственный речитатив, коллеги читали заклинания невербально, активно выплетая руками магические жесты. Постепенно прямо из воздуха по частичке соткалась мерцающая пленка, затянувшая разверстую пасть портала. Элора вставила уголек в перстень и положила сию конструкцию в центр будущего замка. Вот и замочная скважина… Оставалось выплавить ключ.

Все магические манипуляции заняли возмутительно малое — для мироспасательного дела — количество времени.

Эрро отпустил нож, и тот, направляемый телекинезом, плавно подлетел к перстню, прокрутился в воздухе над ним и завис, точно нацелившись острием на уголек. После чего все, кто находился в непосредственной близости, попятились от Трубы.

— Аметист! — хором выкрикнули эльфы (причем, кажется, все из присутствующих). Слава Тайной Магии, им хватило ума не командовать «Плюй!», иначе весь пафос ситуации сгубили бы на корню.

Я приподнялась, выгнула шею и плюнула огнем на нож.

Металл расплавился и, подхваченный магической энергией, свернулся в шар. Пленка, затягивающая Дыру, воспарила вверх и обволокла его вместе с перстнем, и все это превратилось в пузырь яркого голубовато-сиреневого свечения; пахнуло озоном. Стенки Трубы тоже начали светиться и словно бы пениться, стягиваясь вместе; несколько мгновений — и от испорченного артефакта осталось только подобие металлического диска в почве.