Новогоднее чудо

Зато она прекрасно знала, где стоит стакан с ручками и карандашами, потому добавила ещё одну запись:“Узнать, кто такой Прыжок”.– Кхе-кхе… – послышалось старческое покашливание из пустого угла.– Кто здесь? – спросила она.– Ох-ох-ох, – печально отозвалось оттуда.Девочка, сколько ни приглядывалась, не могла никого увидеть.Угол как угол. Только пустой. Впрочем, на это и стоило обратить внимание с самого начала – отсутствие заполненности выбивалась из общей картины. Но отчего-то с самого начала девочке это показалось это вполне естественным.

Причина будто готовилась предстать перед ней, но почему-то ускользала.Нахмурившись, девочка отложила тетрадь и встала в угол.Невидимка больше не проявлял себя. “Ушёл”, – решила она с лёгкой досадой.Но не тут-то было! Стоило ей развернуться лицом в комнате, отчего коса ударила по стене, раздалось оглушительное апчхи.Стремглав девочка бросилась через комнату. На этот раз она действительно испугалась. Этот кто-то будто стоял прямо за ней. Вот только места между ней и стенами оставалось слишком мало, чтобы там кто-то поместился. – Ай-ай-ай… – раздалось ей вслед.– Вы случайно не Прыжок? – уточнила девочка.Так или иначе, девочка поняла, что беседы не выйдет, а тут обнаружила ещё одну дверь. И не удивительно. Та, как и вся стена была полностью обклеена детскими рисунками и даже тремя небольшими полочками, расположенными лесенкой. Разве что фигурки на ней были поменьше, похоже, из олова и бронзы. Ручка напоминала аккуратно срезанную ветку с небольшим раздвоением. Она вела в спальню. Об этом говорила большая кровать с мягкими подушками и одеялом, украшенным снежинками. На стенах со светло-голубыми обоями висели четыре картины. На каждой из них пейзаж был один: озеро в лесу и спрятанный за деревьями знакомый домик.“Так тут есть озеро!” – обрадовалась она.Но разные времена года позволяли неведомому художнику написать непохожие, как по цветам и настроению сюжеты. Там в небе летят птицы, а там белые зайцы путают следы на снегу. А на зелёном пейзаже и не разглядеть лесных обитателей, и всё же их здесь пряталось больше, чем на остальных картинах. Золотистая картина понравилась ей более других. Девочка не могла понять, что такого притягательного в красных и жёлтых листьях, но неведомое ощущение отзывалось мурашками. И ощущение не пугало, а скорее представляло собой тайну. Очередную, учитывая, что девочка по-прежнему ничего не могла вспомнить.