Упругая метафора

Отдавая дань чудесному металлическому привкусу во рту, Любочка неожиданно почувствовала, как нечто мелкое перебирает склизкими лапками у нее на предплечье. Дама, как ей и подобает в подобных случаях, вежливо завизжала и пришибла неизвестную мерзость. Посмотрела на руку. На ней оказался взгляд Геннадия.

— Ой, взгляд! — воскликнула она.

От такой неожиданности у Любочки выпали глаза. Она подняла их и не успела протереть, как от встречи ее и Геннадия взоров в воздухе сама собой появилась искра. Пробежала между ними, перекинулась на шторы, зацепила дорогие обои и буквально за считанные минуты охватила весь ресторан.

Любовь.

***

Нетерпеливая, Людочка решила сразу перескочить на главное:

— Люб, а ты его… лампочку приглашала закрутить?

— Приглашала, Люд, приглашала.

***

В ночном полумраке единственным звуком, нарушавшим сумеречную тишину, был скрип, нежный, неторопливый, наводящий на мысль о райских удовольствиях.Скрип резьбы закручиваемой лапочки.

Геннадий стоял на стремянке, вытягиваясь во весь свой немалый рост.

Чертовски долгий, тянущийся скрип. Уставший взгляд. Часы. Скрип. Взгляд. Часы.

Скрип смолк — вместо него послышалось несколько кратких тяжелых шагов. Геннадий остановился напротив Любочки, Люба молча указала на дверь. Мужчина кивнул, но предложенным выходом не воспользовался. Вопросительно взглянул. Люба кивнула как отрезала и снова указала на дверь. Он обиженно вздернул бровь, но печальный взгляд его намекал на возможность прощения.

И со вздохом покинул квартиру.

***

— Блин! Ты меня не поняла. Он вставил свой жезл в твою пещерку?

Любочка вспоминала недолго:

— Знаешь, да, было дело.

***

По счастливой случайности Люба уже как три года выращивала соляные пещерки с помощью детских наборов. Скорее всего, именно та же случайность заставила Геннадия приобрести нефритовый жезл.

— Вставишь?

— Ну, вставлю.

— И как?

— Впритык.

***

— Люба, ты дура! — в сердцах вскричала Людочка.

— Да ну тебя! — отмахнулась Любочка. — Всё. Я полетела.

Положила трубку и, вспорхнув голосистой пичужкой, вылетела в окно.

***

Тем временем подобный, но мужской разговор происходил между Геннадием и его другом:

— Ну как она?

— Задница у неё упругая.

Друг одобрительно кивнул.

***

Кровать стояла напротив зашторенного окна.