Анабелла и проклятье невесты императора

Я бы хотела возразить, но, к сожалению, капкан, изготовленной самой Верховной ведьмой, не давал мне даже пикнуть, максимум, слабо дышать позволял до тех пор, пока матушка меня не извлечет из него. Хотя, если вдруг и она куда-то попадет, то куковать мне здесь до скончания века, капкан меня вряд ли отпустит.

Глава 25

Матушка обошла помещение с поисковым пульсаром, обнаружила пару предметов, подозрительно похожих на отравленные, которые тут же полетели в окно, дабы не повторялось происшествий, как с Гвен. Кстати, как там моя первая служанка, интересно, когда она поправится, Вергилий мне ее вернет?

Проверив всю комнату пару раз, матушка сняла с меня капкан.

– Фух, закончила. Как там ощущение, в капкане-то?

– Мама! Как ты могла так со мной поступить?

– Я? Я просто поставила у окна капкан, на случай если кто-то решит сюда залезть, пока комната проветривается. А ты так припустила к нему, что я и предупредить не успела.

– А капкан в моей спальне во дворце? Ты его сняла?

– Ох, кажется забыла… Но ничего, через пару дней под каким-нибудь предлогом вернусь и сниму.

– А если в нем кто-то есть?

– Это уже не моя проблема!

– Я так понимаю, все чисто?

– Да, но нам надо кое-что обсудить.

Тяжело вздохнув, матушка сотворила заклятье тишины и начала с прочтения мне “брачного договора”.

– Мама, я тебе полностью доверяю, если ты считаешь, что все записано верно, то я могу подписать!

– Я-то считаю, но ты должна и сама с ним ознакомиться и понимать, под чем ты подписываешься.

Я прочитала договор пару раз, отчетливо поняла, что в любом случае у меня будет титул, вот эта самая резиденция и возможность открыто вести магическую практику, что в принципе мне и было нужно.

Но документ выглядел хорошо исчерканным черновиком.

– Да, матушка, я все поняла, - и я изложила всю понятую мной информацию. - А это разве не черновик?

– Черновик, и я отдам царскому писарю его переписать, если ты со всем согласна.

– Хорошо, матушка, меня все устраивает.

– А девочки? Ты вычеркнула имена?

Я достала из кармана измятый листок и перечитала его несколько раз.

Взяв перо, вычеркнула пару имен, объясняя Гленде, что кто-то громко храпит, а кто-то на дух меня не переносит, хотя все эти распри и остались в детстве, но видеть их здесь я бы не хотела. Вот так в списке осталось всего три имени моих ковеновских подруг. Маменька неодобрительно прочитала оставшиеся имена, но потом, взмахнув рукой, отправила три листа адресатам с приглашением приехать навестить их подругу Анабеллу.