Проклятый король и я

вбила себе в голову, что хочет быть магом.

— Так это же хорошо, — сказала я, а про себя подумала, сколь велика разница в восприятии детей моего мира и этого... про́клятого королевства, существующего вопреки всем законам логики.

Шестнадцать лет... Считается, что у девочек заканчивается пубертатный период, но на деле — всё индивидуально. Трудное время. Жалко всех — родителей, педагогов, и, конечно же, самих детей. Да, от них все страдают, но и они сами страдают не меньше. Половое созревание, всплеск гормонов. Ты уже не ребёнок, но ещё и не взрослый, ты теряешь точку опоры, не успевая уследить за тем, как меняется, искажаясь, такой привычный, такой ещё вчера безопасный, уютный мир вокруг.

Кто я? Что я? Я люблю, или я ненавижу? А экзамены? В таком состоянии сложно учиться, а надо — таковы требования общества.

Тем не менее, к вопросу о том, что экзамены сдать невозможно, я отношусь спокойно. Даже весело! Просто спрашиваю (причём не только у детей, но и у возмущённых, крайне обеспокоенных родителей): учить не пробовали? И открываю страшную тайну — задания есть в открытом доступе все девять месяцев.

Но тут... Удержать страну? Замуж? Бедный ребёнок.

— А почему вы против того, чтобы Злата стала магом? Мне кажется, маг на престоле — это не так уж и плохо?

Глаза его величества блеснули было гневом, но он тут же взял себя в руки и ответил спокойно, так и не высказавшись на тему моих непрошенных советов:

— Маг на престоле — это не плохо. Однако путь к этому.

Что скажешь? Не зря я ненавижу геополитику. Лучше общаться с догом по имени Баязет, чем вспоминать, что был такой султан в нашем мире. Или крепость его имени.

— Прошу, — кивнул король на дверь, которую распахнули перед нами расторопные слуги.

В столовой было многолюдно. Сновали слуги, скучала Баязет над миской сырой моркови и мелко нарезанного сырого мяса, недовольно ковырялась вилкой в тарелке с листьями, похожими на шпинат, принцесса.

На нас с королем с жадным любопытством уставились два десятка разряженных придворных. И причиной тому была вовсе не шляпа с шутовскими бубенчиками, резко контрастирующими с короной, а... я — в куртке и роскошных (восхитительных) болоньевых брюках.

Все поднялись и поклонились.

— Прошу вас, продолжайте, — кивнул его величество.

— Доброе утро! — искренне улыбнулась Злата.

— Доброе, — ответил король.