Сарисса-5. Сквозь Грани. Дрянлинг

– Я не часто делаю такие предложения, а только когда покупаю женщин…

Баронесса рассерженно прошипела что-то весьма нелестное, а барон, обслюнявив ей руку, просюсюкал:

– Это же было так давно, моя птичка, ещё до женитьбы на тебе, будь она неладна…

– Послушайте, барон, – внезапно вмешался Торментир, - пока мой господин Фергюс находится у вас на службе, я в полном вашем распоряжении…

Барон понёс совершенную околесицу, размахивая руками, хотел поцеловать баронессу, но вместо этого чуть не чмокнул Райта.

Глава 10

Райт подхватил барона под мышки и рывком поставил его на ноги. Барон решительно не желал держаться прямо и сполз почти на пол. Райт, не слишком церемонясь, снова масляно осклабился, глядя на Эйлин, и проговорил:

– У хозяев свои дела, крошка, а у нас, – свои. Я знаю, где тебе отвели место. Как только господа угомонятся, жди…

Райт напрягся и сумел-таки выволочь барона из-за стола.

– Что это означает? – холодно вопросил Торментир.

Эйлин решила обратить дело в шутку.

– Этот шкаф приставал ко мне весь ужин, – сделав обиженную рожицу, ответила она.

Однако Торментир разозлился не на шутку:

– Приставал? И что, ты, конечно, ничего не могла сделать?

– А что я должна была делать? – возмутилась Эйлин. – С одной стороны Фергюс уползает от баронессы, с другой – эта обезьяна щиплется, с третьей – ты пялишься на баронессу.

Торментир несколько опешил:

– Как – уединялись? Ах, это! Да она хотела получить снотворное!

– Какое такое снотворное? – Эйлин повысила голос. – Она, по-моему, не собирается спать этой ночью!

– Да не для себя! Для барона! А ты что подумала?

Эйлин подошла вплотную к Торментиру и снизу вверх посмотрела в его бледное сердитое лицо:

– Учти, если то, что я подумала, хотя бы на сотую часть правда, – она сгребла волшебника за мантию на груди, – ты на свете не жилец!

Она резко оттолкнула Торментира от себя, развернулась и пошла к выходу из зала.

– Постой! – окликнул её Фергюс. – А как же убирать?

– К чертовой бабушке! – не оборачиваясь, Эйлин махнула рукой, и все приборы с остатками ужина посыпались со стола.

– Дружище Солус, – сказал Фергюс, с удивлением глядя вслед Эйлин. – Тебя, кажется, здорово приревновали.