Ведьма Пограничья

Я заметила, что глаза почти перестали слезиться.

- Работает! – радостно воскликнул он. – Чихать не хочется!

Видя, что мое «колдовство» возымело эффект, мужики, толкая друг друга, понеслись за своей порцией «зелья». Я перевела на них практически все капли, зато мужики остались довольны результатом.

- Ладно, благодарствуем, ведьма, - спустя некоторое время сказал самый рослый из них. – Пойдем мы. Здорова будь.

- Куда? А капли? – оторопело спросила я. – Это ж не навсегда. На следующий день снова все слезиться будет.

- Как это? Ты что же, нас не исцелила? – нахмурились мужики и снова обступили меня плотным кругом.

- Ну, сами посудите. Вы ввалились без приглашения и сразу стали требовать зелье. А как я вам его сварю? За две минуты, что ли? – несла околесицу я. – Надо же травы собрать. Фазы луны высчитать. Поэтому вот. – Я сунула в руку одного из мужиков флакончик с каплями. – Капать можно только один раз в день. Больше нельзя. Капли экономьте, там немного осталось. Через несколько дней приходите, будет вам зелье.

Ошарашенные моим напором, они отступили и по одному стали выходить.

- Я это… Михей я, - сказал наконец самый рослый. – Староста Пограничья.

- Есения, - представилась я в ответ.

- В общем, Есеня, скажу я бабам, что можно к тебе заходить. А то они еще вчера шушукаться начали, что ведьма снова поселилась в Пограничье.

Глава 4. У женщин всегда больше проблем, чем у мужчин. Но это не точно

Дом я покинула вместе со старостой. Михей, как человек, отвечающий за деревню, был одновременно встревожен и обрадован, увидев в деревне ведьму.

В последние три года Пограничье самостоятельно справлялось с открывавшимися порталами и тем, что из них появлялось. Для простых рабочих это было трудной задачей, так что он был рад спихнуть на кого-нибудь другого эту обязанность. И все-таки, чисто по-человечески, он переживал за меня.

Поэтому мы со старостой договорились. Деревня снабжает меня продуктами, а я взамен помогаю Пограничью своим колдовством.

Ну, насколько это возможно в моем положении.

За продукты в деревне отвечала жена старосты – Старостиха. Вот к ней-то меня и вел Михей. В это время дня она обычно хлопотала по дому, вернувшись из коровника.

Терем старосты тоже был двухэтажным, и куда большего размера, чем мой. А еще он был ухоженным. С аккуратным плетеным забором, скошенной травой, обработанными деревьями, резными наличниками на окнах и выкрашенными в яркие цвета ставнями.