Воины Хаоса наводят порядок (книга II)

Что бы ни творилось ужасного в Сизии, хаос-нейтралы тотчас приходили на выручку, причём слово «выручка» было ключевым. «Воины Хаоса», первые среди равных, тоже вдоволь побарахтались в этой волне. Но потом ажиотаж спал. Зло затаилось. В Обитаемые Земли вернулось спокойствие.

Воины Хаоса без потерь прошли испытание медными трубами. После пережитых сражений и странствий популярность казалась забавным, хотя и назойливым фоновым шумом. Почивать на лаврах они не умели, и теперь каждого тянуло к движению, к действию, к изменению мира.

Ближе к лету 292-го Кэррот, Костик, Батлер и Гудж, а ещё Фраппер Врекс, Сударь Змей, магичка Чуния и Неуклюжий Террорист из команды «Трижды Непослушные» съездили в Мутни с телегой взрывчатки. После Рунных Столбов Олясин решил, что дела нужно доводить до конца. И довёл: вскоре тайный культ Явного угас, младенческие жертвоприношения в тех краях прекратились. А Воины Хаоса и Неслухи, как их коротко называли, стали верными соратниками и собутыльниками.

Именно тогда у команды трудами неугомонного Кэррота появилось их знамя — чёрное, с восемью направленными в разные стороны стрелками, вписанными в квадрат. Подразумевалось, что этот стяг нужно брать на приключения, но таскать лишний вес быстро надоело, и с тех пор он стоял в имении Шноррел. Тогда же с Воинов Хаоса написали растиражированную картину, где довольный Олясин позирует с бутафорским огромным мечом, опираясь на недовольного Батлера, а Наумбия стоит в капюшоне, потому что у неё тогда были немытые волосы.

Год прошёл в трудах по расчистке заражённых зон, в охоте за бродячими порождениями хаоса, в загулах и пирушках, пока денег хватало. Отовсюду шли добрые вести. Томас Мардармонт хвастал, что без внешнего давления Йуйль процветает. Книга революционной поэзии Гаврилы Дануева «Турбация масс» рекордным тиражом разошлась в Фесте. После Рунных Столбов в Тарбагании тоже возникло движение хаос-нейтральных наёмников, самыми известными из которых стала «Бригада мучеников пана Кляксы».

Жизнь текла и струилась. Кэррот завёл неудачный роман, потом другой, поудачнее — с миниатюрной веснушчатой кареглазой блондинкой Чунией из «Трижды Непослушных». Эта девица научила Олясина паре колдовских трюков, и расстались они друзьями. Потом он путешествовал по стране и смотрел, как живут люди. Костик работал в Академии, взращивал мутафрукты и ценные злаки. Батлер ездил на родину, чтоб пообщаться с роднёй — они в кои-то веки признали его сносным гномом.