Воины Хаоса наводят порядок (книга II)

До внушительного здания Дирекции, охраняемого горсткой хаоситов, оставалось под сотню шагов, когда площадь огласилась враждебными криками. С востока спешила большая толпа одержимых. В лучах солнца поблескивали лезвия алебард.

— О, теперь станет повеселее, — сощурился Ганс. — Прикрывайте тыл и не лезьте на рожон! Я-то помню, что вы сильные да смелые, но давайте проявим и ум.

С юга близился шум, похожий на топот копыт. Пополам потянулся к биноклю. Сквозь белёсое облако проступило движущееся пятно. Топот нарастал.

Фириэль достала из колчана стрелу. Олясин облизал губы.

Из тумана на площадь вылетел бул. Непривычно подвижный для этих степенных созданий. И слишком большой.

— Пики плотней! — рявкнул капитан Пополам. Отряд развернулся фронтом к надвигающейся угрозе. Щитники встали стеной. Пикинёры поставили древки наизготовку.

Стрелки, маги в цветах «Одной Второй» и в длинных белых одеяниях изготовились к дистанционной атаке. Дёрганый воздел над ними ходящий ходуном Знаменталь.

Толпа одержимых подняла шум. Громадный бык, тёмный, будто копчёный, с четырьмя кривыми рогами и шипастым гребнем на спине, грузно топоча, мчался к хаос-нейтралам. Он был размером с дом. С каждым шагом под ним ломалась брусчатка.

— Фойр! — заорал Ганс. И отряд подхватил его крик.

В чудовище полетели арбалетные болты и стрелы. Обжигающий огненный луч.

Одержимый зверь умер мгновенно, но его исполинская туша, истерзанная встречной атакой, по инерции летела вперёд. Гора мяса наткнулась на пики — одни треснули в щепки, другие спружинили, швырнув бойцов в стороны. Строй развалился. Люди падали с ног. Плоть и кровь запятнали доспехи. Густой запах подгорелой говядины защекотал ноздри.

— Неудачный я год выбрал, чтобы стать вегетарианцем, — вздохнул оказавшийся рядом с Наумбией флегматичный мужчина со щитом, боевым молотом и тонкими очками на переносице.

Волшебница растерялась с ответом и только кивнула.

— Все целы? Встаём и отходим! — гремел голос капитана. Костик понял, что слышит ещё нарастающий топот. Мутировавший бул не один! Одержимые громко вопили, но не приближались — видно, кукловоды выжидали, когда изменённые хаосом чудища сомнут отряд.