Мечи Ланкмара. Сага о Фафхрде и Сером Мышелове. Книга 2

– Правильно, друзья должны стоять один за другого горой, – одобрительно улыбнувшись, заметил Мышелов. – Вчера я пересчитал крыс, которых Глипкерио отправил в подарок, и у меня получилось одиннадцать. Шкипер Слинур, каждый человек может ошибиться, вспоминая что-то. Давай разберемся. Если двенадцать крыс рассадить по четырем клеткам, получается по три крысы на клетку. Погоди-ка… Есть! Точно! Вчера был такой момент, когда мы пересчитывали крыс – перед тем как снести их в каюту. Сколько было в клетке, которую ты нес, Слинур?

– Три, – мгновенно ответил шкипер.

– В моей тоже три, – сообщил Мышелов.

– И в двух других тоже по три, – нетерпеливо перебил Льюкин. – Мы попусту теряем время!

– Это точно, – кивнув, поддержал друга Слинур.

– Не торопитесь! – сказал Мышелов и поднял вверх палец. – Вчера был такой миг, когда каждый из нас должен был заметить, сколько крыс сидело в одной из клеток, – помните, Фафхрд, разговаривая с Хисвет, поднял первую клетку? Ну-ка попытайтесь представить себе эту картину.

Шкипер задумчиво нахмурился.

– Две, – наконец выдавил он и тут же добавил: – И четыре в другой.

– Ты же сам только что сказал, что в остальных было по три, – напомнил Мышелов.

– Ничего я не говорил! – возмутился Слинур. – Это сказал Льюкин.

– Правильно, но ты согласился и кивнул, – сказал Мышелов и поднял брови в подтверждение того, что он честно старается докопаться до истины.

– Я согласился с тем, что мы попусту теряем время, – возразил Слинур. – И мы его и впрямь теряем.

Несмотря на то что шкипер стоял на своем, меж бровей у него пролегла морщинка, а голос потерял частичку прежней уверенности.

– Понял, – поколебавшись, сказал Мышелов. Постепенно он начал играть роль прокурора, разбирающего дело в суде, стал расхаживать по каюте и довольно профессионально хмурить брови.

– Пять, – бодро ответил Фафхрд. Его математические способности оставляли желать много лучшего, однако у него было вполне достаточно времени, чтобы незаметно произвести расчеты на пальцах и сообразить, к чему клонит Мышелов. – Две в одной клетке и три в другой.

– Жалкое вранье! – насмешливо протянул Льюкин. – Гнусный варвар поклянется в чем угодно, только бы ему улыбнулась барышня, перед которой он раболепствует.